Форумы портала

Детские фотографии

Денис Журба
  • автор: Денис Журба
  • e-mail: denis_zhurba@mail.ru

Все, что осталось у меня от прошлой жизни - это обувная коробка под кроватью. Эта коробка- это все, что осталось от моего детства. В ней самые дорогие мне вещи- билет в зоопарк, несколько значков, обертки от конфет, которые покупал мне отец, кукла с черными волосами и по-детски неряшливо сшитой одеждой, куча свойственных таким коробкам мелочей… Но самое главное, что там есть- это фотографии. Эти фотографии нельзя никому показывать и они лежат на самом дне, под листом папиросной бумаги. Это фотографии, сделанные тогда, когда у меня еще была семья.
Мой парень говорит мне, что он убьет моего отца, когда он выйдет из тюрьмы. Он говорит, что такие люди не должны жить. Я умоляю его даже не думать о таком. Это все-таки мой отец. Мой парень знает обо мне все, кроме того, что я прячу на дне обувной коробки. Я никогда ему не покажу эти фотографии.
Сегодня ко мне пришла тетка. Она часто ко мне приходит. Она приносит суп в баночке и пирожки с капустой. Сегодня это желтый, с пленкой, куриный суп с лапшой. Я ем, а она смотрит на меня. Сидит напротив и смотрит… Смотрит так, как смотрят на попрошаек на улице… Смотрит так, как будто я что-то у нее украла… Но я все равно ем все, что она приносит. Я очень голодна. Сегодня она на меня кричит: «Почему ты не хочешь учиться?!! Ты вся пошла в своих родителей!!! Туда тебе и дорога.» Я не плачу. Она говорит, что я похожа на мать… Но слезы не текут по моим щекам. Слезы во мне. Я смотрю на нее, смотрю, и трясущаяся улыбка скользит по краешку верхней губы. На мою щеку опускается звонкая пощечина, и она уходит… Она убегает вся в слезах, и я ее понимаю - людям хочется трагедии… Людям хочется кусочек чужого горя… Просто так, чтоб казалось, что ты живешь по-настоящему… Мне не жалко. Дверь хлопает, но я не ухожу. У меня еще есть термос с какао и пирожки. Я очень голодна.
Ночью, когда воспитательница выключает свет, мы играем в карты. Играем на деньги. Слышен шепот и звон мелочи. Новенькая, постриженная под мальчика девчонка, проходя мимо, толкнула меня и на моей постели уже тлеет дыра от упавшей сигареты. Я встаю и очень сильно бью ее головой об стену. Я толкаю ее о стену лицом, и на стене остается красный след. Красная галочка, какую ставят в начальной школе на полях, обозначая ошибку в диктанте. А сегодня я обозначаю этой галочкой все свои жизненные ошибки.. Она лежит на полу и плачет. Мне не стоит ее больше бить, но я бью… и бью… бью еще и еще… Она не сопротивляется и мои руки уже все в кровавых соплях. Все вокруг восторженно кричат. Воспитательница не зайдет. Нам тут всем по 15-16 лет, нас боятся. Я встаю и плюю на нее… Не скупясь собираю во рту слюну и умело плюю ей на одежду, плюю на нее и на ее жизнь, ровно как и на свою. Плюю на четыре года в этой комнате. Плюю и матерюсь.
Я помыла руки, и мы продолжаем играть, мы шутим и смеемся… Ничто не напоминает о том, что случилось, кроме пятна на стене, которое обросло венами потеков и содрогающегося в истерике тела, которое лежит там, где я его оставила.
Этой ночью я очень зла. Меня боятся. Я посылаю всех присутствующих, хамлю и все только смеются в ответ. Мне везет. Я выиграла все деньги. Мы курим прямо на кроватях и все рассказывают о своих парнях. Девчонки хвастаются сексом, хвастливо рассказывают о подарках и об угощениях, которые, не скупясь, покупали им их мимолетные друзья. Я смотрю на них и сбиваю пепел на пол. Мне нечего сказать.
Моя коротковолосая знакомая медленно встает… Она пролежала на полу больше часа. Я поворачиваю в ее сторону голову - она вздрагивает… Я думаю, что она притворялась... Я знаю это и понимаю ее... Мне ее жалко. Она хромает к кровати. Она еле идет, пошатываясь, и я почти уверенна, что она притворяется. Я говорю: «Пойди умойся»… «И стену вытри»,- добавляю я, гася окурок двумя пальцами об пол. Она разворачивается и идет в туалет. Ложась в кровать, я засыпаю почти моментально. Все надоело.
***
Занятия… Занятия… Я рисую в вырванном тетрадном листе члены с яйцами и рву их пополам… Я рисую совокупляющихся мужчину и женщину. Меня смешит то, каким получилось лицо волосатого мужика, с большим животом… Он, как будто и в самом деле кончает, закрыв глаза и искривив рот. Я закрываю лицо рукой, прижав ее к бровям и прячу тихий смешок и едва заметно качаю головой. Поворачиваю лист на другую сторону- там у меня уже нарисовано лезвие с каплей крови, шприц и парень с пирсингом и челкой. Я мечтаю, что у меня будет такой парень.. Со своим парнем я не сплю - мы видимся редко, и он мне не нравится. Я встречаюсь с ним по другой причине.
На физкультуре мы играем в футбол. Я люблю футбол. Я толкаю и бью всех, кто с мячом. Я забила больше всех голов. Устав, мы с подругами, покурили за кустами терна, что находятся в углу двора.
Вечером мы виделись с моим парнем. Он передал мне то, что надо… Спрятав сверток во внутреннем кармане куртки я стою и молчу...Нам не о чем разговаривать и мы медленно идем по двору… Я знаю, что ему нужно… Через десять минут я сосу ему в туалете. Ненавижу это дело… Он не такой, как парень из моих мечтаний... Ему больше тридцати, стриженную под машинку голову покрывает паутина шрамов- следов от битых бутылок, от ударов ногами, от падений на асфальт... Я стараюсь изо всех сил, чтоб он быстрей кончил… Его скользкий член меня душит... Я часто дышу носом, и мне кажется что в следующую секунду меня вывернет на изнанку.... Он гладит мои волосы… Его спущенные штаны лежат на обоссаном полу. Мне плевать. Я лишь беспокоюсь, чтоб мои колени не коснулись лужи мочи, над которой они сейчас нависают. Мне кажется, что я делаю ему минет уже целую вечность. Он кончает и я тут же сплевываю на пол… На пол , прямо в лужу ссанья. Встаю и ,выбрав пальцами лобковую волосинку, молча ухожу. Он не идет за мной, я слышу, как он отливает. Ему сегодня от меня больше ничего не надо, как и мне от него.
Ночью мы с девчонками вмазались. Я сижу, потирая след на руке… След от веревки, выше локтя. Я полна энергии и мне хочется жить. Кто-то включил на телефоне песню и мы танцуем… Мы все танцуем, как угорелые… Мне кажется я допрыгну до потолка. И я прыгаю-прыгаю… Не знаю правда или нет, но о этой ширке ходят кое-какие слухи… Это называется симплекс, говорят его варят из, так называемой, маковой смолы - черной и густой дряни. Я слышала, в селах этим месивом мажут старым коровам ноги, чтоб они могли дойти до пастбища… Я не старая корова, но мои ноги сейчас готовы идти куда угодно… Да, сейчас мне и правда хочется жить…
Часам к трем ночи, комната наполнилась тяжелой пеленой дыма… Кто-то наблевал рядом… Мы курим и курим… Мы остались вдвоем - я и моя подруга. Она что-то рассказывает, но я ее совершенно не слушаю. Я смотрю на огонек сигареты… Я немного дотрагиваюсь им до руки… Дотрагиваюсь, и он слегка щипает… Это не слишком больно… Это можно терпеть. Все мы говорим, что главное боль… Это не правда, главное – след, который ты можешь этим оставить… Ты думаешь, что твои шрамы покажут кому-то, настолько тебе тяжело жить… Ты все еще надеешься кому-то что-то показать? Наивная… Надеешься, что тебя кто-то пожалеет? Глупая… Иногда я поворачиваю голову в сторону рассказчицы и киваю в знак согласия и понимания.
Вот и моя белокурая соседка похлопав меня по плечу пошла спать… Я жду, пока в комнате станет совсем тихо и залажу под кровать… Я открываю коробку, разгребаю хлам и достаю со дна конверт и фонарик… Накрывшись одеялом, я включаю его и рассматриваю то, что на фотографиях… Среди этих фотографий есть одна… На нее я смотрю больше, чем на все остальные… На этой фотографии я с моим отцом… У меня захватывает дух, в ногах бегают мурашки… Меня слегка трясет… Я плачу… Я рыдаю, рыдаю… Рыдаю и касаюсь пальцами фотографии… Я касаюсь глаз отца, я касаюсь его волос, я веду пальцем по волосатой груди, по животу… Я касаюсь каждого участка тела, изображенного на этой фотографии… Я вожу по ногам… Провожу кончиками пальцев по коленям… И подхожу к тому месту, где моя детская рука сжимает его член… И слезы, слезы капают на, итак изогнутую от влаги фотографию. Кто сказал что мне тогда было хуже, чем сейчас?

опубликовано: 11:29/02.10.2012
Введите код с картинки
Image CAPTCHA