шо нового

Глеб Шульпяков: Человек вообще никто
17:33/06.03.2014

Автор книги «Музей имени Данте» рассказывает «ШО» о том, что роман может родиться из досужего разговора и наблюдения за движением водорослей. А еще о том, что Данте не более, но и не менее чем тень. Также о том, что «Музей» большой, но легкий, что отшельнику нетрудно писать об отшельниках, что Шептуха — оракул чернильницы. И наконец, о том, что женщины в русских селеньях по-прежнему есть.

беседовал: Юрий Володарский. фото: из архива Глеба Шульпякова, автор фото: Нина Ай-Артян

ШО С чего начался «Музей имени Данте»? С Данте? С Пастернака? С любовной истории? С истории о найденном дневнике?
— «Музей имени Данте» начался на мосту в крошечном валдайском городке Боровичи. Мы оказались там на съемках, и у меня была встреча с местным музейщиком. Этот молодой человек ни с того ни с сего рассказал мне историю о поэте и переводчике Данте — родом из этих мест. И о его любовной истории соответственно. Я очень хорошо помню этот момент — весна, теплынь, он зачем-то все это мне рассказывает. Я вполуха слушаю, смотрю, как внизу течет Мста. Как водоросли двигаются. Ну и вдруг понимаю, что все то, что смутно роилось у меня в голове и никак не складывалось, встает с этим переводчиком и его историей на место.
Но и Пастернак, конечно. Он же вспомнился тебе неслучайно. Это ведь очень московский поэт, ярко выраженный такой москвич. А мой роман, он еще и о Москве. О разной Москве — 90 х и нынешних. К тому же творческая молодость Пастернака пришлась на послереволюционный московский кавардак 20 х — а мои герои начинают жить и писать именно в сумятице 90 х. Еще: Пастернак был одним из тех поэтов, кто довольно сильно повлиял на меня и поэтов моего поколения, моего окружения. Кого меньше всего в романе, так это Данте. Он, как ему и положено, — тень.

ШО У меня создалось впечатление, что посредством предыдущих романов ты наращивал мускулы — и лишь теперь ввязался в настоящий большой бой. Насколько ты согласен с этим наблюдением?
— Ну, раз критику так кажется — так и есть, наверное. Хотя такой небольшой, почти миниатюрный роман «Фес» дался мне с невероятным трудом, большим, чем тот же «Музей». И писать «Фес» мне было интереснее. А «Музей» писался легко, на одном дыхании. Это, наверное, потому, что в «Музее» я перестал ставить перед собой заоблачные цели. Это книга, которая полностью соответствует своему материалу.

ШО Что в романе списано с реальности? Байка о бичах на зимовке? Записки из 1930 х годов? Личный опыт в качестве телевизионщика?
— Все, что связано с линией съемочной группы — списано с натуры. Переиначены названия городков разве что. И кое-какие персонажи довымышлены. Но в целом это, можно сказать, репортаж. Потом 93-й год, это тоже с натуры. Все, что там описано, я видел своими глазами и просто запустил в эти декорации своих героев. Бичей на Острове выдумал, хотя какие-то заброшенные холмики там имелись. А вот любовная история с дневником и сам дневник — существовали. Эту историю мне пришлось переписать под себя, под «Музей». Дальше раскрывать карты не хочу.

ШО Подобный вопрос, только в отношении непосредственно автора. Похоже, его черты есть и в герое-рассказчике, и в поэте Геке. Глебу Шульпякову хотелось немножко посмотреть на себя со стороны?
— Когда ты два года на съемках в провинции, когда ты окунаешься в историю страны, в то, что от нее осталось, ты сам как бы исчезаешь. На фоне большой истории ты становишься никем. Человек вообще никто. Единственное качество, которое тебя в такой ситуации определяет, — это чувство по отношению к тому, что ты видишь. И это было чувство любви, говоря высокопарно. Внутренней, сердечной привязанности, от которой ты, может, и хотел бы избавиться, но не можешь. Потому что эта привязанность и есть ты. А не то, что ты говоришь, или то, что о тебе говорят. Вот о чем мой «Музей».
Это ощущение для меня было неожиданным, и этим ощущением мне наши съемки навсегда запомнились. А не сами выпуски программы. Тем, что ты мог хотя бы на время избавиться от себя прежнего. Побыть никем. Эту «анонимность» мне и хотелось придать рассказчику. Она и есть рассказчик, его суть в чистом виде. Быть никем, а просто рассказывать о том, к чему привязан. Без чего не можешь. С другой стороны, все, что связано с поэзией и тем, как она внутри тебя живет и что с тобой делает — мне слишком хорошо известно. И грех было не воспользоваться материалом. Хотя, когда я «писал» Гека, я держал в уме конкретного московского поэта, моего почти ровесника. И да, его больше нет с нами. Для стержня держал, для фактуры. Потому что мысли о поэзии, которые высказывает Гек, это мои мысли.

ШО Отшельничество героя, по моему, тоже как-то соответствует твоему собственному опыту, не так ли?
— Мне было несложно писать про отшельничество на Острове, поскольку сам я регулярно отшельничаю у себя в тверской деревне, которая тоже как остров — хутор без связи, а в непогоду или снег вообще отрезан от мира. Кстати, «Музей» был написан именно в этой деревне. Ну, в основном. И потом — было время, когда я много ездил по миру. А это тоже ведь форма отшельничества.

ШО Если пушкинская Татьяна вышла замуж будто бы помимо его воли, то появление Аси на острове произошло, как мне показалось, вопреки ее намерениям, по твоему хотению и твоему же велению. Ты со мной, конечно, не согласен, да?
— Почему не согласен? Даже наоборот! Этот финал — чистой воды авторский произвол. С другой стороны, вот ты — разве ты готов совсем уж полностью отрицать, что «есть женщины в русских селеньях»? Из нового поколения, те, кому по 25 лет, — умные, одержимые идеей и чувством девушки — они, мне кажется, на такое способны. Я таких встречал, во всяком случае — особенно в музейном деле. Да чего в музей ходить, та молодежь, которая сделала выборы Навальному, это и есть такие вот отчаянные, одержимые барышни и юноши. Которые, плюнув на официальную пропаганду и идеологию, сами ищут смысл собственной жизни. И мне это в них чрезвычайно симпатично, поскольку я был таким же. Просто в наше время идеологии вообще не было, врага не было. Вот с таких девушек Асю и можно было запросто списывать.

ШО Следующий вопрос какой-то схоластический, но очень уж хочется. Как по-твоему, сюжеты в жизни существуют независимо от нас или это просто способ нашего ее восприятия?
— Сюжетов в жизни великое множество, поскольку жизнь куда более литературна, чем нам кажется. Если подходить к ней с литературными мерками, разумеется. Она гиперсюжетна, сверхсюжетна — я бы так сказал. Другой вопрос, а зачем тебе эти сюжеты? Какой сюжет в этом супермаркете выбрать? По какому принципу? Наверное, интересны те сюжеты, которые как-то пересекаются с тобой лично. С сюжетом твоей жизни. У меня со схоластикой дела неважно обстоят, так что объясню на примере романа «Цунами». Я тогда услышал в новостях, что несколько заключенных из разрушенной стихиями тайской тюрьмы выдали себя за пострадавших туристов и по временным паспортам добрались чуть ли не до самой Америки. Я в момент цунами находился в Таиланде. Просто отдыхал — и оказался, что называется, внутри сюжета. Меня тогда даже заочно похоронили. Что тоже напрашивалось в роман, как ты понимаешь. И вот эта новость о беглецах. И все встает на свои места. У идеи появился каркас. Сюжет романа готов. Не знаю, ответил ли я на твой вопрос…

ШО Ну, в общем, да. Тогда теперь вопрос абсолютно не о романе. Семь лет назад ты говорил мне, что не воспринимаешь Украину как заграницу. С тех пор что-то изменилось?
— Я, как ты понимаешь, вижу регулярно только Киев и Львов. Но то, что я вижу, для меня все больше заграница, конечно же. Правда, такая комфортная заграница. Какой была, например, 15 лет назад Прага, где русский язык многие еще понимали. Во всяком случае, то, что сейчас происходит в Украине — и Майдан в первую очередь, — в России невозможно. Чудовищная северная инертность не позволяет. А это значит, граница между нами, хотим мы этого или нет, существует. Надо ли ее как-то укреплять, возвышать? Не знаю. Один из моих московских друзей (и, кстати, персонаж «Музея») буддийский монах Феликс весь декабрь провел у вас на Майдане. Ну, по зову сердца, так сказать. Я его чрезвычайно уважаю за это. И внутренне Майдан, конечно, поддерживаю. Хотя и понимаю, что в этой поддержке больше моего неприятия нашей советской власти. Но это распространенный синдром, мне кажется.

ШО Еще ты тогда говорил, что поэзия и проза в твоем творчестве существуют независимо друг от друга, что для тебя это два параллельных занятия. И тут параллельные вдруг сошлись. В чем причина?
— Причина банальна, так меньше затрат — когда ты пишешь о том, что хорошо знаешь. Поэтому «Музей» и получился легким для чтения. В отличие от предыдущих книг, где мне хотелось разобраться в вещах, абсолютно мне до той поры неизвестных. Например, в исламской архитектуре в «Книге Синана» или в посмертных странствиях сознания в «Фесе». Это к вопросу о романе как форме познания. А в «Музее» все доступнее. Внятнее.

ШО В этом году сразу два моих знакомых автора сочинили прозаическую книгу со стихами в финале (второй — украинский писатель Сергей Жадан). Тенденция, однако. Что-то в воздухе носится?
— Любой поэт, пишущий прозу, рано или поздно напишет о своей юности, о поэтах и поэзии. Будет ли он включать в книгу стихи? Или — как Гандлевский в «НРЗБ» — нет? У меня до последнего и мысли такой не было. Но потом вдруг подумал, что для читателя это ведь самое интересное — узнать, что пишет человек, который вот так живет? Так мыслит? Так ведет себя по жизни? Какие стихи у него из этого сора пишутся? Кто он в стихах? Вечная интрига чистовика и черновика!

ШО Кто такой Шептуха, в конце концов (речь о постоянном персонаже иронических сетевых записок Шульпякова, появляющемся также в одном из эпизодов романа, — прим. авт.)?
— Это человек-персонаж — ну, как человек-амфибия. Оракул моей чернильницы. А дальше я могу сказать только цитатой из «Книги Шептухи».

РАЗОБЛАЧЕНИЕ ШЕПТУХИ
Однажды мои друзья приперли меня к стенке:
— Скажи, кто он, твой замечательный Шептуха? Если он существует, почему ты не знакомишь нас? Почему мы до сих пор не знакомы?
— Ребята, это просто мой драг-дилер… — набрался я смелости.
— Не хочешь, не рассказывай… — обиделись они.

читать далее

рейтинг:
5
Средняя: 5 (3 голосов)
(3)
Количество просмотров: 12315 перепост!

комментариев: 0

Введите код с картинки
Image CAPTCHA

реклама

наши проекты

наши партнеры














теги

Купить сейчас

qrcode