шо нового

ART IS DEAD
11:50/13.12.2016

Хороший художник — мертвый художник. В этом вас уверит любой арт­дилер. Хотя из тех, кто еще жив,  тоже можно выжать немало творческого сока — чтобы удовлетворить безразмерные аппетиты поклонников современного искусства

Припаркуйте свой частный реактивный самолетик в аэропорту Майами, приготовьте платиновые кредитные карточки для оплаты шести­ и семизначных сумм и настройтесь на современное искусство; вы готовы вкусить сливки сливок арт­рынка! Именно так ласково определил ярмарку Арт Базель Майами Бич ее директор — Сэм Келлер, обаятельный парень со стрижкой под Котовского, управляющий также и ее старшей сестрицей в Европе — выставкой Арт Базель. По его словам, в Майами в этом году дошло до смешного: например, одна особа, продавшая было купленное несколько лет назад в Базеле за $ 2000 светящееся неоном слово «happy» художников Тима Ноубла и Сью Вебстер, выкупила в Майами свое «счастье» обратно за $ 200000. Забавно, не правда ли?

Перегревшийся арт­кондом

Впору воспользоваться утверждением одного из пелевинских героев, сравнивавшего современное искусство с презервативом для совокупления капитала с самим собой. Можно сказать, что в последнее время арт­кондом порядочно перегрелся из¬за частоты фрикций, что не могло не сказаться на его все снижающемся качестве.
Специалисты в области арт­рынка, в частности представители парижской компании Artprice, отслеживающие объемы продаж современного искусства на аукционах, которые являются основным индикатором арт­рынка, отмечают, что за минувший год этот показатель возрос на треть. По их мнению, на «глобальное потепление» арт­рынка сильно влияют международные ярмарки современного искусства, самые значительные из которых проходят в Майами, Лондоне, Нью¬Йорке, Лос¬Анджелесе и швейцарском Базеле, привлекая со всех концов света тысячи покупателей с уровнем дохода, позволяющим добираться на эти выставки личными авиалайнерами. Фактически то, что сейчас происходит среди коллекционеров современного искусства, напоминает обстановку в метро в час пик: ценители контемпорари арта, способные подкрепить свою любовь к искусству денежным эквивалентом, оттаптывают амбиции менее обеспеченным коллегам по дороге к ведущим галереям, ярмаркам и аукционным залам. Один из известнейших американских коллекционеров Кеннет Фрид заявил, что распродает свое собрание современного искусства и выходит из игры, к которой он утратил интерес из¬за того, что «если раньше очень немногие присматривались к творениям молодых художников, то сейчас на современном искусстве все словно помешались». Видимо, слова Фрида относятся в первую очередь к дорвавшимся совсем недавно до выставочных залов и аукционов коллекционерам¬нуворишам из Китая, Индии и России, благодаря которым, например, на последней крупнейшей мировой выставке Арт Базель были установлены рекордные продажи.

Штампуй искусство!

Каким же образом все это влияет на само современное искусство? Как признают многие художники, при жизни сумевшие пробиться на международную арену, первый вопрос, который им обычно там задают арт­деляги — сколько произведений творцы смогут наштамповать за как можно меньший отрезок времени?
Значительно выросшая армия сверхбогатых покупателей на арт­рынке требует от художников одного: производить больше и больше работ быстрее, чем когда­либо прежде за всю историю человечества. В то же время арт­дилеры и галеристы в целях оптимизации продаж стараются замариновать художников в собственном соку до состояния бренда, заставляя их по трафаретной схеме выдавать нечто подобное тому, с чем те впервые добились известности, причем художники должны производить все это в кратчайшие сроки. Естественно, в таких условиях не до смены периодов на манер Пикассо.
Вот как объясняет этот феномен канадская галеристка Джессика Брэдли: «в противоположность традиционной системе галерей, когда коллекционеры развивают отношения с арт­дилерами и художниками на протяжении ряда лет, на стенде арт­ярмарки работы можно быстро приобрести — тут не до развития карьеры художников, которые обычно должны сделать как можно больше однотипных работ за двух¬трехлетний период, после чего их создатели переходят в разряд разработанного бренда, а зачастую и списываются со счетов как утратившие актуальность».
Вот уж воистину — нет искусства, кроме поп­арта, и Энди Уорхол — пророк его.
Как бы то ни было, очередной сеанс разогрева арт­рынка на Майами Бич прошел при большом скоплении народа (40 тыс. человек с 7 по 10 декабря) и капитала. А в это время в Великобритании…

«Развод» по¬английски

Работы номинантов на премию Тернера настолько плохи, банальны, вторичны и сыры, что просто не верится, что их можно выставлять в галерее. Это мнение принадлежит Линн Барбер, журналистке, приглашенной в 2006 году в жюри престижнейшей британской арт­премии, которую она назвала премией Голого Короля.
Барбер заявила, что ее чуть не свело с ума низкое качество современного искусства, которое ей пришлось судить. К тому же, по ее мнению, учредители премии Тернера, владеющие крупнейшей галереей мира — лондонской «Тэйт», давным¬давно распределили призовые места, а их призыв к общественности присылать свои заявки на участие в состязании британских художников с таким же успехом мог бы быть предложением сразу выбросить их на помойку.
«Я всерьез задумалась — не подстроено ли вообще все это?» — призналась Барбер после шести месяцев работы в жюри.
Премию Тернера учредили в 1984 году. Ею ежегодно награждают представителей современного искусства в возрасте до 50 лет. За двадцатидвухлетнюю историю награду не раз сопровождали скандалы, что не удивительно; среди творений, отмеченных премией Тернера в прошлые годы, были пустая комната с включающейся и выключающейся лампочкой (Мартин Крид), картина Девы Марии из слоновьего дерьма (Крис Офили) и маринованная овца (Дэмиен Херст). Однако обвинение в подставе, да еще из лагеря жюри, прозвучало впервые. Как бы то ни было, вручаемый ежегодно приз, выраженный 25000 веселых фунтов, передали 4 декабря живущей в Германии абстракционистке Томме Абтс. Ее творения соотечественник художницы, уважаемый немецкий арт­критик Никлас Маак, сравнил с «трафаретами старой обойной фабрики из ГДР». Маак раскритиковал выбор жюри Тернеровской премии, отметив, что работы Томмы Абтс практически неизвестны на ее родине, в Германии, что ее картины неоригинальны, а также что конструктивисты и неоконструктивисты делали подобные вещи раньше и гораздо лучше. «Она — очень хороший дизайнер. Это отличные обои. Но это не искусство», — заявил искусствовед. Маак — один из немногих, отказавшихся с умным видом петь дифирамбы черт знает чему в ключе постмодернистской концепции критики. Однако и многие другие люди, интересующиеся арт­процессом, всерьез задумываются над плачевным положением искусства, превратившегося в секс¬игрушку на службе капитала. Искусство мертво, никто уже не пишет арт манифесты, потому что их вряд ли кто­то собирается читать, а тем более воспринимать всерьез. Грядет великая переоценка ценности произведений современного искусства. Возможно, в будущем лучшим из того, что сейчас покупают за бешеные деньги, будет считаться то, чем удобно топить камин в постапокалиптическом бункере, укрывающем выживших коллекционеров от ядерной зимы, глобального потепления и экологической катастрофы, вызванной нынешним потребительским отношением — к природе, к искусству и вообще ко всему, из чего можно выколотить звонкую монету?

Павел У. Лжецкий
официальный сайт Арт Базель:   www.art.ch

рейтинг:
0
Голосов пока нет
(0)
Количество просмотров: 1125 перепост!

комментариев: 0

Введите код с картинки
Image CAPTCHA

реклама



наши проекты

наши партнеры














теги

Купить сейчас

qrcode