шо нового

Другой «…и Друг Мой Грузовик»
14:12/01.11.2007

Группа «…и Друг Мой Грузовик» практически десять лет занимает четкую позицию в кругу альтернативных музыкантов постсоветского пространства. Она не просто числится андеграундной группой, минималистичным рок­ансамблем или некой lо­fi бригадой. Группа остается на виду все это время, мы прожили десятилетие вместе и добрались до момента, когда «иДМГ» издал четвертый альбом, богатый на аранжировки и эмоции участников. К записи нового альбома «Ищу друга» были привлечены музыканты с серьезными биографиями, преимущественно питерскими, в результате материал получился живым и достаточно неожиданным

После киевской презентации диска и очень жаркого концерта группы, мы встречаемся с вокалистом Антоном и бас­гитаристом Ростиславом Чабаном, чтобы узнать, насколько вырос «…и Друг Мой Грузовик».

ШО Антон, много ли у тебя друзей?
Ан: Видимо, было бы неправдой сказать, что их у меня нет.
Чабан: Ты на меня не смотри.
Ан: В принципе, эта тема для нас актуальна. Не зря на альбоме она проходит красной нитью, и не зря родилась собственно «кровевскипающая» песня «Ищу друга». Все мы ищем одного¬единственного, настоящего друга. Я даже считаю, что настоящая дружба важнее, чем любовь. Мы все ее еще ищем.

ШО Как же быть с теми людьми, которые приходят на концерты и считают себя настоящими фанатами группы?
Ан: Ну, при чем здесь посетители концертов, это ведь слушатели. Переплетения того, что происходит на сцене, с жизнью очень большие, но сцена — это очень минималистичный театр.

ШО Те люди, которые с вами записывали этот альбом, это друзья или помощники?
Ан: Пятьдесят на пятьдесят. Кто¬то из них нам близок, кого¬то мы вообще не знали, но запись пластинки — это такой музыкальный способ найти друзей.

ШО Все ли задуманное удалось реализовать в записи?
Ан: Мы боялись думать о том, что получится. Нас страшил тот факт, что это будет другой звук, совсем не тот, к которому мы привыкли за десять лет. В принципе, сложился стереотип, что мы должны звучать с грозным басом, со строгими, сухими барабанами, при этом в нашей музыке должно быть минимум эффектов и голосов. И он разбился вдребезги. Сначала было немного страшно, но мы очень быстро втянулись, потому что поняли, насколько это интересно. Порой нас приходилось сдерживать, когда мы говорили: «Давай добавим еще клавиш, скрипок и всего остального». Но звукорежиссер Андрей Алякринский был непреклонен и отвечал, что, например, в этом месте все же он предпочел бы традиционные жирные басы нескромным жужжащим гитарам.

ШО Ростислав, ты не обижался, когда твои партии клавишных группа просто выбрасывала?
Чабан: Я был к этому готов. Но мы все­таки делаем одно дело, ради общей концепции. Своим субъективным мнением приходилось жертвовать. Хотя обижался иногда, не без этого.

ШО Как вы объясняете звук группы на новом альбоме: ростом коллектива либо еще чем­то?
Чабан: Записать альбом в таком ключе — очень своевременная идея. И мы надеемся, что будем развиваться в этом направлении. Возможно, группа выгонит басиста и возьмет в состав клавишника. В смысле, меня выгонят, меня же и возьмут.
Ан: Дело в том, что в альбоме все же нет вылизанности, все звучит достаточно грязно. Практически весь альбом записан с помощью компьютеров, в студии у нас было всего несколько смен и сведение.

ШО Не думаете ли вы, что поклонники теперь будут требовать от вас такого же богатого звука?
Ан: Не в обиду нашим поклонникам, мы всегда делали то, что интересно нам. Кроме того, в наших головах сейчас звучит совершенно другая музыка, даже по сравнению с этим диском, который многие успели назвать «революционным» в плане многослойности звука. Пока нет ни одного негативного отзыва на «Ищу друга», нам это очень приятно, но мы сами все знаем и не собираемся советоваться с кем­то. И поэтому сейчас мы испытываем состояние счастья, несмотря ни на что.

ШО После записи не появилось желание собрать на концерте весь состав музыкантов, участвовавших в создании альбома?
Ан: К сожалению, реалии нашей жизни таковы, что наша группа пока не может позволить себе звукорежиссера, техников, не может осуществить научно¬технический прогресс. Как мы можем говорить о таких тонких вещах, как творчество…
Чабан: А я знаете, что вам скажу… Группа в состоянии приобрести себе звукорежиссера, саундпродюсера и для концертов оператора по свету, но мы просто прижимистые.
Ан: Точно, мы очень прижимистые ребята и деньги закапываем в кубышки, на даче. Но нужно сказать, что презентовать тот состав музыкантов, который был задействован в записи, невозможно по ряду причин. Все ребята заняты в других проектах и имеют массу своих дел, кроме того, нужно долго и кропотливо репетировать, наконец, многие из музыкантов — полные разгильдяи и уже наверняка не помнят своих партий. И разве получилось бы у нас на концерте сыграть с такой же энергетикой и отдачей, как это было сделано в альбоме? Прозвучит ли все так же хорошо, когда на сцене толкается еще пять человек и не включаются какие­то сэмплы? Теоретически это очень необычно и интересно, можем, например, вспомнить концерт Portishead c симфоническим оркестром. Когда¬нибудь мы такое отчебучим, но только тогда, когда нам будет позволять регламент, не говорим сейчас о деньгах.

ШО Возможно, это произойдет, когда вы найдете своего «финансового друга».
Ан: Какая грубая меркантильная шутка!

ШО Без шуток, кто вас больше всего удивил во время записи нового альбома?
Ан: Я вспомнил, что хотел поблагодарить наш рекорд¬лейбл за то, что он не попросил сделать наклейку на диск с жирными буквами «В записи участвовали музыканты групп «Ленинград», «Сплин», The Optimystica Orchestra, Spitfire». В плане электронного саунда нам помогала киевская коллаборация «Надто Сонна». А оформил диск наш товарищ, который играет в группе «Крузенштерн и Пароход» из Тель­Авива. Работа вышла интернациональной. А кто нас поразил больше всего? Наверное, Вадим Петрович Сергеев из группы «Сплин», который буквально за несколько дней до сведения отдал нам свои версии песен, и среди них оказались маленькие шедевры, как, например, оформление песни «Димапетров». Еще вспоминается Рома Парыгин из группы Spitfire, который за один день записал свои «дудки», а после этого исчез. Костя Чалых из команды «Мои Ракеты Вверх» удивил тем, что сделал около 50 разгильдяйских версий наших песен, причем использовал массу технических ухищрений, возил по струнам гитары какими¬то шариками. В результате только 4 его партии вошло в альбом, кстати, одна из них — вокальная. Он решил в одной из наших песен спеть строчку, присланную ему из космоса: «Кейлока, кейлока курио кастра». Наши слушатели уже интерпретировали ее как «Выпей пенталгин, вот такое лекарство». Еще в альбоме звучат профессиональные клавишные партии Олега Эмирова, который работал с группой «Колибри», и только нам удается на запись вытащить Богдана Дробязко, который давно оставил сцену, хотя играл в хорошей группе «Картель».

ШО Меня давно интересовал вопрос, почему в ваших песнях так много отсылок к реальным персонажам и событиям?
Ан: Впечатления складываются из реальной жизни. И скажем, никто в России не знает, кто такой Дима Петров. Или не каждый образованный человек знает, кто такой Отто Зандер. Поэтому маленькую просветительскую нотку внести, рассказать что­то новое нам всегда было интересно.

текст Вадим Куликов
фото STRIZH le-martinet.livejournal.com
официально: www.gruzovik.dp.ua

рейтинг:
0
Голосов пока нет
(0)
Количество просмотров: 31196 перепост!

комментариев: 0

Введите код с картинки
Image CAPTCHA

реклама




наши проекты

наши партнеры














теги

Купить сейчас

qrcode