шо нового

Детонатор надежд
22:28/01.11.2012

 

Гамлет... Упс!

Быть или не быть? Фуфло вопрос! Конечно, быть на полную, а значит, творить — не симулякры, а всерьез! Для созданных по образу и подобию Творца творчество является самым естественным занятием — даже в случае, когда Создателя отвергают, дабы оный не мешал творить, в особенности творить беспредел. Главный враг творческого человека — отчаяние, поскольку отчаявшийся человек перестает быть творцом своего будущего, а следовательно, перестает быть человеком. Он превращается в загнанную лошадь, или в тупую овцу, или в позорного волка, или в грязную свинью, или в одного из козлов, которые мешают жить так, чтобы не было потом мучительно стыдно за бесцельно прожитые годы. Одним словом, выход из этого зоопарка есть, но чтобы найти его, главное —  не отчаиваться!

 

 

Куда приводят мечты

Мечтать – вредно. При столкновении с суровой реальностью иллюзорные чаяния зачастую оборачивается траурным  реквиемом по мечте.
Фото: Брент Стиртон, Getty Images / Kiev Independent

Правда — жестокая вещь. Как ломка, погружающая в зловонные пучины отчаяния. Единственная возможность выбраться оттуда — силой мысли, а для этого потребуется включить посыпанную пеплом отчаяния голову. Прикрутите краник с горячей сорокаградусной водой для заливания бельм, выключите ТВ с катающими в нем мячик потными мужчинами и плавным движением стряхните с ушей новостную мивину. Анализировать проблемы, как известно, лучше всего беспристрастным взглядом со стороны, ведь соринку в чужом глазу заметить гораздо легче, нежели бревно в своём. В кои то веки приподнять нам веки поможет гуманитарная помощь из Африки. Полюбуйтесь на портрет, принадлежащий камере южноафриканца Брента Стиртона, своей драматичностью покоривший каменные сердца жюри глобального конкурса World Press Photo 2012 года, за что фотографу и вручили первую премию в номинации «проблемы современности». Действительно, не заметить кое какие проблемки у запечатленной на фото наркозависимой работницы секс-индустрии Кривого Рога по имени Машенька невозможно. Смотреть на призовой снимок немного страшновато: хочется прикрыться от безнадежного взгляда этих глаз глянцевым журналом с красивыми ухоженными женскими телами, однако эту естественную реакцию хорошо объяснил еще старина Хантер Томпсон — «страх — это просто еще одно слово для определения непонимания». Вглядитесь же в эту фотографию повнимательнее! Вам станет ясно, что приблизительно так и воспринимается глазами цивилизованного мира ненька-Украина в целом. Сверху — нарядный новенький кулончик стадиончик, а чуть пониже — рваные бабушкины трусы, как аллегория разваливающегося наследства советской эпохи, уже едва прикрывающего раздолбанное индустриальное горнило, двигательный же, то есть государственный аппарат поражен абсцессами коррупции от каждодневно гоняемого по трубам газа, действующего на тело неньки-Украины как неочищенный наркотик.
При этом сам цивилизованный мир тоже не стоит романтизировать, ведь он, как, дающий в кредит денег на выкуп кулона из ломбарда сутенер, впоследствии потребует взамен гораздо большего; а, как известно, когда рот занят, то возразить обычно нечего, вернее, нечем. Какое будущее ждёт Машу-украинку, представить нелегко, однако не надо быть дипломированным наркологом, чтобы понять, что если она не поменяет свои привычки, то ей придется гнить и дальше, а загнивание — процесс, не очень хорошо совместимый с жизнью. Точно так же не нужно быть нобелевским лауреатом, чтобы экстраполировать подобные процессы на государство. Конечно, подобные рассуждения — моветон в приличном обществе: у деидеологизированных хипстерских овощей от них просто вянут уши, а люди попроще принимаются либо с пеной у рта нахваливать каждый своего Буратино из кукольного политического театра, либо же впадают в необоснованный ура-патриотизм, уверяя, что «ще не вмерла Україна». Желчный старик Шопенгауэр полагал, что когда человек гордится своей страной, это является симптомом того, что ему нечем гордиться в себе. И только деклассированный алкогольный дзен-буддист Джузеппе Сизый Нос подлинно аполитичен, поскольку ему вообще всё до звезды. Однако, несмотря на кажущуюся непохожесть, всех их объединяет нечто общее. Добровольные узники башни из моржовой кости отворачиваются от проблем, надевая наушники с прикольной музычкой и жуя бабл-гам из отвлеченных тем, и выбирают, таким образом, добровольную слепоглухонемоту. Бурление говн поп-культуры хорошо отвлекает от насущных проблем, однако те, кто уже просто не в состоянии их игнорировать, лелеют инфантильную надежду на попадание в призрачный архипелаг Гуд Лак, который им обещают одни политики, а также ругают политиков других, выпуская пары своего отчаяния в виртуальный свисток. Кстати, в разделе комментариев под топовыми политическими новостями интернет сайтов можно наблюдать это бодрийяровское молчаливое большинство, которому сетевая технология дала право голоса. Заговорив, это большинство лишь подтвердило гениальность Бодрийяра, продемонстрировав бесконечный уровень инертности. Любой призыв к этой массе в конечном итоге оборачивается либо в насмешливый отклик одобрения «+1» либо в нецензурное шипение несогласия, однако никаких конкретных идей эта масса обычно не порождает.
Впрочем, мы отвлеклись от основной темы о вреде мечтаний. Итак, нет никакого смысла ругать или хвалить политиков, поскольку они напрямую отражают управляемое ими общество, которое погружается все глубже в задницу, потому что именно там находятся его идеалы, увлекательно описанные Виктором Пелевиным в его романе «Generation П» в виде алчущего денег орануса, получившего в русском языке ёмкое наименование ротожопы. Логичным следствием ротожопия является такой строй как уркаинский уркаганат из последнего пелевинского романа «S. N. U. F. F.», курируемый недосверхчеловеками с цивилизованного Запада, который, как известно, «нам поможет», как он уже помог Югославии, Ираку, Афганистану, Восточному Тимору, Ливии и многим другим странам. В принципе, это и неудивительно, поскольку Запад готов помогать лишь в обмен на ресурсы — неважно какие: материальные или трудовые. Достаточно просмотреть шедевры западного массового кинематографа, чтобы понять, что на самом Западе труд давно приравнен к преступлению. В голливудских боевиках финальная разборка частенько происходит на какой нибудь подпольной фабрике, принадлежащей главному злодею, где на вредном производстве по очистке урана или наркотиков усердно трудятся бессловесные рабы, обильно гибнущие во имя торжества справедливости вместе с их начальником в конце. Здесь-то и происходит подлинный катарсис — настоящий труд в понимании Карлуши Маркса ввиду всей его неприглядности необходимо скрывать от глаз так называемого «приличного» западного общества. Это касается и труда украинских «наташ» в западных борделях, и нелегальных заработков наших заробитчан, к которым родина была настолько неприветлива, что им осталось лишь искать счастья на чужбине, конкурируя своим трудолюбием с другими представителями самых бедных наций мира.
Что же касаемо их родины, то новейшая история убедительно показала, что никакая революция не поможет обществу, покуда в нем не произойдет революция культурная. Какими бы правами в результате революции любого цвета ни наделят плебс, если он не будет ими пользоваться, правовое поле в итоге схлопывается в черную дыру диктатуры. Как говорил Славой Жижек, первый шаг к тому, чтобы открыть пространство для перемен, состоит в признании того, что легкого пути к свободе нет — ничто не поддается простому изменению. Часто самым эффективным средством порабощения человека системой оказываются мечты о том, что все может повернуться к лучшему, что всегда есть возможность перемен, поскольку именно эти мечты и делают из вас пленника системы.

 

 

 

Повторение непройденного

Применительно к  описанию ситуации в украинской музыке как нельзя лучше подходят строки Виктора Цоя – «перемен требуют наши сердца».
текст: Павел Лужецкий. иллюстрация: Кинан Лафферти

Господи, да мы об этом писали чуть ли не в первом номере журнала за 2006 год! А наша червона фіра и ныне там. В болоте, на котором из года в год квакают всё те же жабы, которые набили всем оскомину уже столько лет тому назад!
Подобно тому, как надо проветривать в походе палатку, чтобы в ней не заводились барды, в телевизионном террариуме тоже давно пора бы поменять воду — вместе с его обитателями. Действительно, когда молодые дарования остаются в таком статусе годами, а то и десятилетиями, — это уже попахивает полным маклаудством. Жалобы на недостаток свежих лиц в музыке звучат отовсюду. В то же время продюсеры, сами немало причитающие по этому поводу, предпочитают запускать в звездный путь как можно более стерильных персонажей, которых можно при случае посылать за деньгами в любую жопу, поскольку такие персонажи, не обладая харизмой, зависят от продюсеров, как последние наркоманы от дозы эфира. А вернее, как младенцы от мамкиной сиськи. У таких проектов обычно время истекло еще до того, как они появились, сколько ни вешай бахрому на уши потенциальных слушателей из всех средств массовой информации. Звездные фабрики тоже напрасно засоряют медиасферу своими отходами — талант, как известно, не выстругаешь по технологии Генри Форда, которая в приложении к нашим краям поразительно напоминает методы работы папы Карло. Овощная масса хипстеров давится западными поп-консервами в нелепой глухоте к родному новому, фирмовому, драйвовому и качовому. Однако, как говорится, — имеющий уши да услышит те группы, которые за последнее время услаждали слух редакции «ШО», подарив ей надежду на светлое будущее украинской музыки. И пускай они пока не звучат столь же отшлифованно, как заморские Буратины Батча Вига и Рика Рубина. Наши таланты растут в довольно суровом климате — по сравнению с западным. Приподнявшись над пестрой шелухой проектов-однодневок и серой массой говнорокеров, эти коллективы заслуживают чуточку вашего внимания. Уделите же его им на следующих страницах нашего журнала, ведь, как известно, рок-н-ролл без публики не существует!

deliKate
Новая формация из Харькова, который, если вспомнить такие коллективы, как 5nizza, Pur: Pur, Lюк, 4.А.Й.К.А. и многие другие обалденные группы, порожняк не гонит. Душу, вокалистку и автора текстов deliKate, как ясно уже из названия группы, зовут Катя, Офлиян Катя. Компанию ей составляют весьма известные в своем родном городе музыканты, короче, фирмачи Ефим Чупахин (клавишные), Вячеслав Герасимов (бас-гитара) и Игорь Бирюченко (ударные). Участники группы позиционируют свой стиль как инди-поп, хотя местами и поддают довольно жесткого мясца, а наряду с песнями радости и счастья материал содержит также весьма минорные ноты, словно навеянные долгими прогулками под дождем без зонта по дорогам разочарований. Однако главное, что подкупает в deliKate, — это искренность, которой в большинстве случаев так сильно недостает коллективам, избравшим поп-рок-стезю. Еще одним большим плюсом является небанальность текстов: в них наряду с яркими необычными метафорами присутствуют по-детски наивные хуки, вроде строчек «утки смотрят снизу вверх», въедающиеся намертво в память из-за своей бесхитростности. Кстати, песню с этими строками под названием «На мосту» фаны так и окрестили — «Утки». Одним словом, deliKate просто обязаны в ближайшем будущем добиться мегапопулярности, тем более что первые шаги к этому уже предприняты. Группа засветилась на фестивалях, дебютировав на фесте «Импульс» и задвинув там собой на второй план «Крихітку». Немало покатавшись по городам Украины с клубными выступлениями, deliKate прогрела харьковскую фан-зону во время безумия Евро 2012, а также побывала во множестве радиоэфиров и телесюжетов, которые можно лицезреть в Youtube, где также болтается ротировавшийся некоторое время на ТВ клип «Меланхолия», снятый за 9 долларов 99 центов. Несмотря на соответствующее бюджету качество, его уже успели просмотреть почти 20 000 человек. Кстати, у Кати, как у любой настоящей звезды, наряду с горячими поклонниками есть не менее преданные хейтеры, что связано с пертурбациями в составе deliKate, когда группу покинули талантливый клавишник Николай Нехаенко и яркий басист Владимир Пилипенко, в свое время давшие немалый импульс развитию коллектива. Хотя неохота про это, слишком это, бля, тяжело.
Официально: delikate.org.ua

99INJECTIONS
Еще одна талантливая супергруппа из Харькова, объединившая в своем составе ритм¬секцию инструментального коллектива 4. А. Й. К. А. (басиста Стаса Соловьева и барабанщика Артема Калинина), а также клавишника группы Lюk и автора экспериментального проекта Younnat Олега Сердюка. Они круто замешивают электронный хардкор, убойный техно хаус и трансовую кислотность, изливая сей бальзам во время своих выступлений на истосковавшиеся по рэйву души. Лицом же группы с недавних пор стала обладающая яркой внешностью харьковская художница Вера Гнат, снявшаяся в клипе 99INJECTIONS на композицию «OIL» в роли матери¬Земли, на чью голову создатели видео в буквальном смысле слова вывалили все глобальные проблемы человечества, умудрившись спрессовать столь масштабное действо всего в две минуты хронометража. Из всех музыкальных клипов, снятых в нынешнем году в Украине, — это, безусловно, видео года и по проблематике, и по реализации задумки. Вера Гнат также фигурировала в видеоработе 99INJECTIONS «Who is the boss» в роли королевы мусорной свалки с катающими по ней мячик футболистами. Неплохая социальная критика нездорового ажиотажа вокруг Евро 2012. Одним словом, «99 инъекций» прут жирно — как ценителей качественного видеоряда, так и поклонников хорошей музыки.
Официально: 99injections.com

The Space Cakes
Яркий дэнс¬панк¬коллектив, начавший свое существование в 2008 году с приходом энергичной вокалистки Ксении Ивась. Стиль коллектива определило то, что girls, как известно, wanna have fun, а парни любят что­нибудь потяжелее. Для большинства слушателей «космические пироги» пока являются группой одного хита «Friends», на который был снят в характерной для панков DIY манере клип, полный крови и насилия, но полюбившийся молодежи. Тем не менее те, кто видел Ксению во главе The Space Cakes на фестивалях или клубных концертах, наверняка сохранили незабываемое впечатление от энергетики команды. Однажды шеститысячная толпа даже перепутала Ксению с C. С. Catch, на юбилейном концерте которой выступали в качестве разогрева The Space Cakes; разогрев оказался для старушки слишком жарким. По словам команды, Ксения поет на английском, чтобы слушатели думали, что ее тексты — гениальны, хотя на самом деле их суть умещается в одной фразе: «прыг¬скок — с пятки на носок»!
Официально: vk.com/thespacecakes

SLIM BACA
Короли андеграундных клубов на выселках Киева, куда обычно не суются пай мальчики и гламурные девочки. В таких местах чаще всего выступают коллективы, отбираемые по принципу «есть гитара — заходи, включайся». Неудивительно, что там частенько звучит полнейший мрачняк для самых преданных друзей говнорокеров. Однако когда на сцену выходит трио SLIM BACA, вечеринку можно считать как минимум удавшейся — энергетика команды напоминает лучшие времена гранжевой волны, но со своим оригинальным, «не слизанным» звучанием.
SLIM BACA — не кочегары сатаны и не плотники сельских сортиров; абразивную вокальную харизму обеспечивает гитарист Боб (Евгений Карелин), чья основная профессия — монтажник-высотник!
На басу специалист по музыкальному оборудованию Павел «Колесо» Колесниченко, а на барабанах — Слим Тимченко, который в свободное от гранжевых ритмов время зажигает по киевским клубам в качестве профессионального МС. «В группе стабильный состав, внутри которого не просто дружеские отношения, а настоящее родство душ. Благодаря этому она развивается и будет достигать больших успехов», считают участники команды. Тем не менее, по внутреннему убеждению музыкантов, SLIM BACA не акцентировала свое внимание на участии в фестивалях, конкурсах и прочей суете: коллективу комфортней играть в небольших клубах Киева, добиваясь своего звука, — и это, конечно, не самым лучшим образом влияет на уровень всеукраинской популярности.
Официально: vk.com/club14382456

Groovers
Рок-группа Groovers объединила четырех исполнителей англоязычных композиций собственного сочинения. Бескомпромиссное звучание, насыщенный обертонами вокал и мощный драйв ритм-секции слышны в каждой песне музыкантов. Коллектив был создан в Киеве в апреле 2011 года. В Groovers входят Анна Фролова — вокал, Дмитрий Евгеньев — гитара, Макс Гуменный — ударные, Владимир Герасименко — бас. Дебютом рок-группы стало участие в конце августа 2011 года в фестивале «Фортеця». А уже в мае 2012 го музыканты победили в ежегодном молодежном рок-фестивале «Джекпот-Фест 2012», схлестнувшись в финале с фаворитами жюри — командой Illaria. После забойного выступления «груверов» стало ясно, что фаворитам придется поделиться главным призом.
Следующий триумф Groovers праздновала вскоре, участвуя в конкурсе современной музыки на телеканале М1 «Summer Sound Griboffka International Music Fest», — и оказалась в дюжине лучших коллективов Украины из тысячи групп-соискательниц!
В настоящий момент Groovers работают над записью дебютного альбома, выход которого запланирован осенью 2012 года. 
Официально: www.groovers.com.ua

 

Гра в надію

Надія в кіно мусить втілюватися в дуже конкретних речах — іменах чи назвах фільмів. Але в Україні надія парадоксально не конкретизована і не персоналізована. Точніше, основа цієї надії — це не одна людина чи один фільм. Мова про систему…
текст: Оноф

Десь наприкінці літа вітчизняна історія подарувала нам неймовірно дотепний виверт сучасності, який цілком міг би здатися шматком із фільму, якби не був реальним. Мова про 42 мільйони гривень. Це частина 176 мільйонів, запланованих на фінансування кіногалузі, які Міністерство культури збиралося перенаправити на якісь інші потреби. Втім інформація про це тоненькою цівочкою просочилася до преси. Зчинився невеличкий гвалт, хоч, як нам стало відомо, доволі болісний для певних людей, причетних до кіно, яким голова Спілки кінематографістів, кінокритик Сергій Тримбач надіслав відкритого листа з проханням «пояснити і розібратися». Наразі гроші більше не перенаправляють. На це приємно сподіватися — не так через повернення грошей, як через вплив на людей, причетних до грошей. Виявляється, на них можна впливати! (І на людей, і на гроші.) Чи принаймні здається, що можна. Якась надія тріщиною зазміїлася на стіні цілковитого відчаю і зневіри. Замазане цементом майбутнє вже певний час виглядало незворушним і мертвим продовженням сьогодення, — стіною. І це при тому, що сьогодення аж ніяк не мертве. Воно вовтузиться, порпається, злегка шелестить, нагадуючи невпинний рух і дрібний звук жуків та хробаків у тунелі, в який випадково потрапив Індіана Джонс у «Храмі долі». Але все це рухливе комахове різноманіття може бути розтерте на порох одним чи кількома порухами ноги сильного світу нашого; воно може легко щезнути — «платформи» з надбудовами заваляться або подвійна бухгалтерія оприлюдниться, — і ні іноземне громадянство не допоможе, ні прихованість офшорних зон. Звичайно, є варіант, що платформи встоять, просто поділитися потрібно буде. І тоді знову комахи проповзуть, продеруться, пролізуть через шпаринки у землю, в болото чи де там було наше кіно останні 20 років. Увесь наш кінобізнес — локальна метушня в темряві зі сподіванням що це побачать потрібні глядачі, інвестори, меценати (чого на світі не буває!). Бо ж можуть побачити інші, кого фокстрот цікавить не як танець, а місто мрій цікавить як конкретне місце втілення особистих чи сімейних інтересів.
Наше кіно оприлюднило очевидну надію вже два роки тому, коли об’явили про ВІДКРИТИЙ конкурс кінопроектів, про ФІНАНСУВАННЯ державою вітчизняних фільмів — про ОБОВ’ЯЗОК створити нове кіно. Тільки й треба, що принести проект, захистити його і дочекатися грошей. Але з грошима у нас в країні увесь час біда: то їх немає, то якщо і є, — все одно не отримаєш, бо рішення відповідного (на папері) немає, а коли є і гроші, і рішення — підпис не стоїть, тож уже і не суттєво — є гроші чи ні. Причому у цій ситуації важливі не так слова тих, хто говорить про гроші, як тих, хто ці гроші взяв. Бо одні говорять одне, інші — інше, а хто гроші взяв, воліють мовчати і згадують приказку «коли дають — бери», додаючи ще й «біжи».
Як завжди на коні той, хто володіє законодавчою, бюрократичною казуїстикою, хто настільки майстерно пише «пулю», що й у прикупі дива, й «мізери» ходять парами. І якщо ти поганенький гравець і граєш лише «шестерну» чи плануєш «тотус» «з двома пробоями» — краще за стіл не сідай, інакше бути справі на тебе в прокуратурі, а всі гравці від тебе просто відвернуться, як сталося з одним новітнім учасником нашого новітнього кінобізнесу. Добре, якщо ти виходиш з гри «без лапи», бо ж сухим з води вийти просто неможливо. Якщо комусь потрібна причина для використання подібної преферансової лексики, можна пригадати відповідь героїні фільму «Крізь терни до зірок» Ричарда Вікторова на питання, навіщо її земляки носять на обличчях маски: «Є що приховувати».
В царині тотального страху, що тебе схоплять за руку у власній кишені, дуже не просто існувати і ще складніше існувати активно. Надія на чесну гру давно вже зникла. І тому ти або сідаєш грати за правилами хазяїна столу і карт — або тихо куриш осторонь. Залишається сподіватися на прикуп, і увесь час пасувати. Або блефувати. Ті, хто зараз знімає кіно в Україні — це люди поки що з-руками-з-ногами, «з лапами», але небезпека чатує з усіх боків. Бути продюсером у нас означає бути класним актором з підвішеним язиком, професіоналом, авантюристом з ризиковими мізками і при цьому тим, хто справді отримує кайф від адреналіну, який увесь час твоєї роботи рухається судинами твого натренованого ризиком тіла. Надії як хімічного елемента у цій збуджуючій, необхідній і постійно присутній речовині немає. Вона відсутня і на рівні розмірковувань про її необхідність. Та це цілковита ілюзія. Надія з’являється саме тоді, коли про неї вже забуто. Навіть якщо ти про неї взагалі не знав.
Надія — це та тріщина, яка здатна розколоти непробивну стіну в чудернацький, неочікуваний спосіб. Хто думав, що в середині 2000 х з’явиться таке потужне і таке цікаве румунське кіно? Хто думав, що в Україні кіно почне відроджуватися «з гори», а не з низу?
Надією в Україні всі в один голос — й «преферансисти», й ні — називають «конкурс кінопроектів для формування програми виробництва та розповсюдження національних фільмів». Без нього, без участі держави, кіноіндустрія утворитися не може, і «синевири», і «деліріуми» є лише приємними винятками з цього правила. Наявність конкурсу — це вже надія, як надією є наявність самого питання, яке своїм існуванням дає можливість відповіді. Надія — це три крапки наприкінці речення, що залишає фінал відкритим. Надії у світі багато, без неї і світу не було б. І християнства, в якому вона є однією з трьох головних чеснот. Загалом надія — це віра, це «нехай буде воля Твоя», це «прости нам провини наші», якщо, звісно, «ми прощаємо винуватцям нашим». Так, для багатьох надія — це «слабкість», або «самодурство», або навіть «брехлива тварина, яка напускає туману». Але для інших — це Хоуп Дворачік, чиї форми, премійовані в 55 му випуску Playboy, незбагненне диво. Або Барак Обама, на плакаті якого стоїть одне слово — «надія». Врешті-решт, повертаючись до наших баранів, надія — це ті 42 мільйони гривень, які, ми сподіваємося, не будуть витрачені на вертольоти і вертолітні майданчики, а разом з іншими бюджетними грошима Державної агенції з питань кіно підуть на «Зелену кофту» Володимира Тихого і «Носоріг» Олега Сенцова, на «210 добрих справ» Олександра Шмигуна і «Нові пригоди капітана Врунгеля» Давида Черкаського. Які підуть на надію…

читать далее

рейтинг:
5
Средняя: 5 (4 голосов)
(4)
Количество просмотров: 20527 перепост!

комментариев: 0

Введите код с картинки
Image CAPTCHA

реклама



наши проекты

наши партнеры














теги

Купить сейчас

qrcode