шо нового

В щупальцах разума
12:35/06.03.2012

 

В щупальцах разума

Тот свет

Это не обязательно то место, куда попадают исключительно вперед ногами. Чтобы воспарить с бренной земли в нематериальный мир идей, достаточно немного напрячь мозг. Однако, как подметил с истинно английским юмором остряк Бертран Рассел, «многие люди предпочитают умереть, чем начать думать». Что, надо полагать, не может не радовать более смышленых претендентов на освобождающиеся места под солнцем лучшего из миров. Тем не менее, они в итоге также отправляются с пляжа в мир иной — только чуть более медленным ходом. Уже одно это — серьезный повод отвлечься ненадолго от толкотни перед театральной кассой общества спектакля в очереди за билетами. В конце концов — билеты, даже казначейские, — это просто бумажки, штампованные на фабрике, производящей и все остальное — звезды, грезы и другие товары народного потребления, к которым относятся также идеи. В наше время, главной приметой которого является нехватка этого самого времени, самостоятельное мышление — роскошь, параллельно представляющая собой предмет первой необходимости. Абстракции весьма конкретно могут повлиять на нашу жизнь. Вплоть до ее преждевременного прекращения. Что, впрочем, не так уж и плохо для идеального члена общества потребления. Ведь для того, кого Бодрийяр политкорректно наименовал «потребителем», Леонардо Да Винчи задолго до этого нашел гораздо более точную формулировку: «производитель дерьма, от которого не остается ничего, кроме полных нужников», что, согласитесь, не улучшает наш лучший из миров.

Солитеры сознания

Вы действительно понимаете суть происходящего? Поздравляем — вы самый настоящий психопат! Причем вам хорошо удается маскироваться под так называемого здорового члена общества, сознание которого кишит паразитами, как сельский сортир опарышами. Если, конечно, вы не читаете эти строки на шконке психушки в ожидании ударной дозы нейролептиков.

текст: Николай Загорский и Павел Лужецкий.
иллюстрация: Макс Богдановский

То, о чем будет идти речь, обычно надежно сокрыто от посторонних третьих глаз. И даже само поднятие этой темы настолько неприемлемо для социума, что тем, кто излишне активно муссирует ее в приличном обществе, навешивают ярлык психа либо конспиролога, что, в общем, практически одно и то же. Да, конспирология — это действительно веселая наука! А гельминтология духа — одна из ее самых занимательных отраслей. И хотя многие открытия в этой увлекательной дисциплине попахивают откровенным трэшем, стоит помнить, что в трэше, как и во всякого другого рода шутке, есть лишь доля трэша, то есть шутки. После осознания этого становится уже не так смешно. Давайте приподнимем завесу тайны над доселе малоизведанным миром солитеров духа и бычьих цепней человеческого сознания!

Паразиты дураков

Предоставим для начала слово крупнейшему исследователю данной темы — Киму Карсонсу, который уверен: чем глупей мозг, тем легче там закрепиться паразиту.
«Они — паразиты. Они паразитируют на человеческих телах и сознаниях. Они всегда будут поддерживать любые меры, направленные на то, чтобы притупить сознание человеконосителя. Они будут плодить ряды догматических и самозваных авторитетов.
Они поддерживают любую догматическую религиозную систему, направленную на то, чтобы отупить и нравственно развратить свою паству. Они поддерживают культ Рабьих богов. Они хотят слепого повиновения, а не осознанного сотрудничества… Они легче завладевают телами женщин, чем мужчин. Завладев женщиной, они могут оказывать воздействие и на того мужчину, с которым она живет. Женщины должны рассматриваться как основной резервуар инопланетного паразитического вируса. Женщины и чертовы святоши. А в особенности женщины святоши».
Будучи крупнейшим исследователем сумеречной зоны сознания, в которой обитают глисты психики, мистер Карсонс пришел к выводу, что эти паразиты способны устанавливать полный контроль над телами и сознанием людей, чтобы использовать их в своих целях. Тогда почему они постоянно прибегают к услугам дураков и фанатиков, психопатов и умственно отсталых? Очевидно, потому, что им нужны рабы и холопы, а не умные союзники. В конце концов, их итоговая цель — уничтожить человеческий разум, притупить человеческие чувства и не дать человечеству выйти в космос. Они пытаются запустить программу уничтожения, которая нацелена в первую очередь на тех представителей человечества, которые смутно догадываются об их существовании.
Те, у кого достаточно культурного багажа, чтобы продолжить путешествие по пространству мертвых дорог, наверняка догадались, что Ким Карсонс — не кто иной, как альтер эго крупнейшего битника Уильяма Сьюарда Берроуза. Этот картограф Интерзоны внес неоценимый вклад в дисциплину гельминтологии духа.

Диагностика по Даниилу Андрееву

В известном труде «Роза мира» Даниила Андреева, чей дух собирал материалы для этой книги в нематериальных сферах, пока его материальное тело сидело в сталинских застенках, описаны следующие симптомы поражения сознания. Если человека начинают распирать немотивированные приступы ура-патриотизма, это явно является симптомом того, что в его личность проникло щупальце исполинского демона великодержавной государственности, управляющее впоследствии личностью, как тряпичной куклой. Демон-государственник, которого Андреев нарек уицраором, обожает играть с куклами-людишками в театр военных действий, щедро кормясь ненавистью и иррациональным страхом, в избытке производимыми в питательной среде квасного патриотизма. Главным деликатесом уицраора являются вкусные сгустки боли, поэтому деятельность любого уважающего себя уицраора направлена на беспрерывное разжигание конфликтов. В промежутке между войнами уицраор перебивается ментальными выделениями любви к отчизне. Так что смело можно утверждать: патриотический срач в блогах, который разводят сетевые тролли в интернете — питательная среда уицраора.
По мнению Андреева, у каждой великой державы есть свой уицраор, воюющий со своими собратьями насмерть. Так что в свете мифологии Андреева клич сетевых недоумков «Ктулху зохаваит фсех» наполняется новым смыслом. Как говорил Дункан МакЛауд, остаться должен только один. Для бычьих цепней сознания особенно лакомы те, у кого цель жизни — исключительно получение бычьего кайфа, основные составляющие которого, по мнению доктора Андреева, — «карты, водка, домино, спорт, примитивный флирт да кинематограф». Остается добавить, что в наше время, чтобы не подхватить такого паразита, необходимо опасаться грязной лжи в средствах массовой информации, которую закачивают туда медиажрецы уицраоров, думающие, что являются укротителями демонов, будучи при этом лишь их обслугой.

Доктор Уилсон рекомендует мескалин

Англичанин Колин Уилсон в своем фундаментальном исследовании «Паразиты сознания», облеченном в увлекательную форму фантастического романа, высказал предположение, что люди выдающегося ума также могут стать жертвами нематериальных тварей, высасывающих духовную энергию. «Вампиры сознания обычно избирают своими орудиями людей выдающегося ума, потому что именно такие люди оказывают на человечество наибольшее влияние», — утверждает мистер Уилсон. «Лишь немногие художники находили в себе достаточно сил, чтобы отшвырнуть их с дороги, но зато, сделав это, они обретали новое могущество — очевидными примерами могут служить Бетховен и Гете».
Именно этим, по мнению Уилсона, и объясняется, почему для вампиров сознания так важно, чтобы их присутствие оставалось незамеченным, чтобы они могли высасывать жизненные силы человека, не вызывая у него подозрений. Тот, кто сумел одолеть вампиров, вдвойне опасен для них: это означает, что одержала верх его способность к самообновлению. В таких случаях вампиры пытаются уничтожить человека, заставляя ополчаться против него других людей.
Вся история искусства и литературы с 1780 года есть результат войны с вампирами сознания. Художники, отказывавшиеся проповедовать пессимизм и девальвацию жизненных ценностей, подвергались уничтожению, а хулители жизни нередко доживали до преклонного возраста. Как пример, Уилсон сравнивает судьбы Шопенгауэра и Ницше.
Устами одного из героев романа Уилсон предлагает радикальное ментальное слабительное, которое выносит паразитов из башни сознания: «не вижу никакого способа, кроме одного — уговорить каждого принять дозу мескалина». Впрочем, горячие головы желающих опробовать этот литературный рецепт в жизни должно несколько охладить то, что упомянутый герой впоследствии покончил с собой. Перефразируя Чехова, если выдавить из себя всего паразита, возможно, от вас самих ничего не останется.

Рецепты народной мексиканской медицины

О паразитах заявляла еще одна личность, окруженная загадочным психоделическим ореолом — Карлос Кастанеда. В своей последней книге великий нагвалист поведал всему свету страшную тайну дона Хуана. «Наш господин и хозяин — хищник, вышедший из глубин космоса и захвативший власть над нашими жизнями…
Нашу систему убеждений, наши представления о добре и зле, нравы нашего общества дали нам хищники. Именно они породили наши надежды, ожидания и мечты по поводу успехов и неудач. Им мы обязаны алчностью и трусостью. Именно хищники сделали нас самодовольными, косными и эгоцентричными».
Питаются эти твари негативными эмоциями наших мнимых неурядиц. Поэтому постоянно пытаются, играя на человеческой саморефлексии, подталкивать носителя на поиск новых бессмысленных проблем. Их истоки лежат в бесконечном прокручивании в мыслях эмоционально опустошающих событий в прошлом и будущем.
Кастанеда считал болезнь неизлечимой и советовал купировать ее симптомы исключительно самодисциплиной сознания.

Гельминтоз: революция

Любопытно проследить эволюцию представлений о паразитах сознания. В Средневековье в человека вселялись Асмодеи, Люциферы и Бегемоты. В эпоху Возрождения Леонардо да Винчи высказал мысль, что «грубых людей дурных нравов и малого разума можно считать лишь проходами для пищи и производителями дерьма», дав таким образом превосходное описание слившихся в едином экстазе со своими психическими гельминтами хозяев. В XX веке паразиты пересели в летающие тарелки в ретрофутуристическом стиле, а от представлений Георгия Гурджиева об архаической рептильной зоне сознания отпочковались трэшовые теории о рептильной расе и соответствующие трактовки истории вплоть до самого грехопадения.
Развитие компьютеров также дало толчок идеям о вредоносных программах, которые может подцепить программное обеспечение мозга.
Братья Вачовски, один из которых впоследствии стал сестрой, предложили в «Матрице» оригинальную концепцию паразитов роботов, сосущих из людей энергию на 3D-киносеансе длиной в жизнь. Впрочем, если вспомнить соответствующие идеи буддизма, становится ясно, что сама по себе эта мысль, за исключением технологического антуража, далеко не нова. И кстати, достаточно вечером вглядеться в окна спальных районов, в которых мерцают экраны телевизоров, чтобы понять, что кошмар реальности значительно превосходит эстетский ужас киберпанка Вачовски. Интересно, что некоторые гуру личностного роста советуют всячески пестовать внутреннего духовного гельминта, который может даже помочь его обладателю проникнуть по ту сторону экрана от приклеившейся к ней аудитории. Но только для того, чтобы откладывать в умы благодарных зрителей свои новые личинки.
Человечество рассказывает себе сказки на грядущий сон жизни, поэтому к историям о происках враждебных человечеству рептилоидов и серых пришельцев, вовсю энергетически эксплуатирующих человечество, стоит относиться хотя бы снисходительно.
Конечно, материалистам все ясно и без каких бы то ни было доказательств — этого не может быть, потому что это противоречит здравому смыслу, это нелогично или этот чувак психически болен — поэтому и видится всякое, и бла-бла-бла… Однако, как говорил Хантер Томпсон, здравый смысл отличается от безумия лишь тем, что имеет достаточно сил и денег, чтобы упечь последнее в психушку.
Опыт же показывает, что никакого здравого смысла не существует. Да и вообще, какой придурок придумал это выражение?

Ненависть к кино

Кино сегодня — карнавал чучел и оргии призраков, один тотальный спецэффект, который пытается быть реальнее самой жизни, и именно здесь он рушится под собственным весом. Под весом пустоты.

текст: Николай Загорский.

Что такое кино? Это движущиеся изображения. Такой ответ подойдет разве что дегенератам. Хотя преимущественно для них и создается подавляющее большинство фильмов.
Нет смысла спорить о том, чем является или не является кино как таковое, есть смысл говорить лишь о том, что дает ему право так называться.
Современное кино порабощено брендами, трендами, модой, короче говоря, всякой чушью. Кино как такового больше нет. Теперь это полуторачасовые рекламные ролики — помимо скрытого продвижения брендов, это реклама и самих актеров, привлекающая олигофренов от журналистики: что носит тот или иной герой в фильме, куда актеры ездят отдыхать после съемок и так далее.
Культ «звезд», возвышающихся над «простыми смертными» — это пантеон плебейских богов из светской хроники. Сам дух кино как таковой уничтожается институтом звезд, получающих заветные миллионные гонорары. Кино — для актера, не наоборот. Звезды кино, играя какую-либо роль, уже не воспринимаются как персонажи фильма, а как звезды, играющие очередные свои роли. Персонажи при этом отходят на второй план. Кризис в игровом кино начался уже давно именно по этой причине. Кино стало игрой внутри игры. Игрой в квадрате, помноженной на гипериндустриализацию кино. В условиях, когда фильмов необходимо производить все больше и больше, они просто не могут не быть лишь жалкими копиями картин предыдущих десятилетий, настолько похожими друг на друга, что зачастую вообще не несут в себе какого-либо содержания. Несомненно, почти все современное кино сведено до уровня потребительского вкуса. Выраженного в форме подражания стилю американских блокбастеров-тяжеловесов. В которых в большинстве случаев происходит не что иное, как смысловое выхолащивание фильма. Преобладание образов над смыслом. То есть спецэффектов все больше, а сценарии все хуже. Голливудское кино (современное, а не времен Хичкока и Кубрика) — это кино без кино, реальность, лишенная сама себя. Смысл пропадает в тени тотального спецэффекта. Смысла нет… ну и черт с ним, со смыслом-то!
Можно, конечно, много говорить о кино независимом, но и голливудские и независимые ленты объединяет много черт, которые свойственны и тем и другим, поскольку создаются по схожим принципам.
Будучи вымыслом от начала до конца, кино призывает зрителя поверить всему тому, что происходит на экране… вовлечься в игру, навязанную ему режиссером… стать частью самого вымысла. Между зрителем и актером существует негласная договоренность, которая и есть игра, схожая по своему принципу с детской игрой в понарошку.
В своей теории актерской игры Станислав­ский говорит, что искусство актерской игры состоит в том, чтобы убедить зрителя: в его глазах ложь артиста — это истина. Но меня это не устраивает. Страстная любовь и страдание, ужас, боль на экране — это все не более чем ничтожное подражание… Актер сознательно врет своему зрителю, а тот сознательно обманывает сам себя. Два лжеца находят себя друг в друге. Один является залогом существования другого. При этом зритель всегда пассивен. И эта пассивность делает его заложником чужого вымысла.
Я думаю, что кино (и искусство как таковое) должно вести к новому индивидуальному опыту. Простой созерцательностью здесь не ограничишься. Этого достаточно для удовлетворения обывательского любопытства, но не достаточно для тех, кто постоянно хочет большего, хочет превосходить себя.
Экран, служащий одновременно зрителю и стеной, на которую проецируется фильм, и точкой личных подсознательных проекций, выполняет функцию молчаливого собеседника. При этом экран как стена обладает высоким онтологическим статусом — он репрезентирует бытие, преподнося его посредством призрачных образов, то есть посредством самой игры, цель которой — раскрыть бытие, симулируя его. Бытие предстает как стена, которая должна быть преодолена. Мы должны заглянуть за нее. Узнать, что находится за гранью сознания, реальности и бытия. Совершить трансгрессию.
Кстати, кино может взять много полезных идей от компьютерной игры, в которой игрок и есть главный герой. Таким образом, зритель может сам создавать собственную историю. Игрок — активен. Он участвует в том, что происходит с ним, тогда как зритель пассивно переживает то, что происходит с другими. Игрок может идти к финалу разными путями, и, собственно, может стереться грань между актером и зрителем. Ведь их заменит Игрок.

Потойбіччя поруч

Помер Густав Леонхардт. Один з найвидатніших виконавців
старовинної музики. Своєю смертю він віддав Тому світові те,
що з нього брав і сам — омріяне.

текст: Оноф. ілюстрація: Михайло Куценко

Голландський музикант Густав Леонхардт відродив забуті інструменти, на яких виконував музику так, як це робили за життя класичних композиторів. Одним з головних його досягнень було виконання Баха на клавесині, який сконструювали за кресленнями XVII сторіччя. Таким чином Густав ніби посадив усе людство на машину часу і відправив у минуле, яке, виявляється, не є мертвим. Воно живе в тій мірі, в якій живуть наші уявлення, наші мрії, фантазії, — кращі ми, позбавлені збочень сьогодення, з усіма його Біберами і Гагами, «руками вверх» і «ногами свело», «Сутінками» і «Сербськими фільмами», «Чужими проти хижаків» і «Наполеоном проти Ржевського». Той світ — це не вузьке поняття потойбіччя, куди ми потрапляємо у труні, це не смерть, — це життя непроявлене, непізнане, НЕ життя, а НАДжиття, — трохи сюрреалізму не завадить. Хоча мова не йде про сон, бо сон є лише абракадаброю нашої макабричної реальності, скільки б астрологи, ворожки та інші фройдисти-психоаналітики не розказували нам про польоти душі чи віддзеркалення наших «витіснених бажань» — результати сну химерні, неоднозначні і можуть призвести до появи як періодичної таблиці Менделєєва, так і «Пекла» Босха.
З Того світу немає вороття, проте є перетікання з нього у світ наш. Музика сфер, «почута» Платоном, небесні таємниці, «побачені» Сведенборгом, та навіть музика того самого Йоганна Себастьяна, що приходила до нього без усвідомлення — звідкись. Звідки?
Таке широке поняття як «той світ» не має одного конкретного образу, не має чітких географічних координат, бо його багатство вимірюється безмежністю набутого людьми не емпіричним способом. Власне, Той світ — це світло для сліпого, біг для безногого, любов для того, хто не може любити. Це бажане і можливо здійсненне і водночас бажано-неможливе. Зрештою, це найважливіше в нашому житті, бо без нього не може бути поступу, розвитку, кроку вперед, прагнення йти вперед. Не помічаючи цього, як не помічаємо процесу дихання, ми увесь час від Того світу отримуємо поштовх разом із ковтком повітря, дещицею надії.
Прикметно, що Той світ у кожного свій персональний, але як скринька на googl’і. Ми починаємо складати в неї наші уявлення, в той самий час формуючи її. Чим була Америка для київського хлопчика в 70 х? Чим зараз є Австралія? Це теж Той світ, складений з частинок цього світу — фотографій, фільмів, розповідей, побрехеньок, вигадок, думок і марень. Як це знати 10 мов, вміти грати на скрипці, змогти вистрибнути з літака на двох тисячах чи піднятися на Джомолунгму? Відповіді на питання «як це» і «що це», надані нам нами самими, теж формують поняття «той світ». Як і «побачити» відлітання душі в «Табула раса» Арво Пярта, відчути біль письменника в «8 ½» Фелліні чи радість музиканта в «Усіх ранках світу». Як закохатися. Полюбити дитину. Повірити в Бога. Простити. Це те, що ми отримуємо, або не отримуємо, як кому дається чи кому Дає. Але воно завжди поруч, на поверхні трьох вимірів, між «містом бога» і «градом приреченим». Не має значення, де він є. За великим рахунком, не має значення і що він є. Важливо, що є він без зла, що там немає «п’єх» та «михайлових», «сендлерів» і «стіллерів». Там є Густав Леонхардт, а поруч його друг, Бах.

читать далее

рейтинг:
5
Средняя: 5 (7 votes)
(7)
Количество просмотров: 83729 перепост!

комментариев: 1

  • автор: Tokcuk
  • e-mail: Tokcuk@i.ua

Nice*!

опубликовано: 03:05/18.03.2012
Введите код с картинки
Image CAPTCHA

реклама



наши проекты

наши партнеры














теги

Купить сейчас

qrcode