шо нового

Места силы баса & джаза, или шо нам стоит клуб построить?
21:54/02.01.2012

Наше культурное пространство складывается не только из идейных творцов и оригинальных идей, но также из мест, точек, центров, в которых течет жизнь. Журнал «ШО» задался вопросом, существуют ли сегодня в Киеве музыкальные клубы и питейные заведения с музыкальной составляющей? Почему в украинской столице их так мало, по сравнению с прочими, и музыкальное пространство не расширяется? И какое идеальное место в своих мечтах рисуют наши диджеи, организаторы вечеринок, владельцы заведений и специалисты в области джаза?

Valta KIEVBASS
Основатель комьюнити KIEVBASS.com,
DJ-резидент радиостанции SUB.fm,
издавался на лейблах Rag & Bone, Ministry Of Sound.

ШО Каким характеристикам должен отвечать клуб, для того чтобы заработать себе имя, славу и в недалеком будущем репутацию культового заведения?
— В «недалеком будущем» навряд ли. Настоящий культ — это плод серьезной продолжительной работы, креативной мысли и искусного понимания аудитории. Клуб должен проработать минимально 4—5 лет, все это время держать высокий уровень качества, стать трендсеттером и установить теплые «дружеские» отношения со своей аудиторией. Культ всегда создают люди, крутые люди. А если хозяин клуба или управляющий — мутный мудак и неинтересный человек, а промоутеры думают только о быстром заработке и далеки от культуры, то и тусовка будет унылая.

ШО Какие люди посещают киевские клубы?
— Я мало где бываю в клубах Киева, по той же причине, что и многие люди, попробовавшие вкус хорошей пати. XLIБ, Fazenda Bar, может быть еще иногда Draft, и спонтанные пати в непредназначенных для этого местах. Список заведений ничтожно мал, и тусовка на 60 % везде одна и та же. Клаберы до 30 ти, горстка хипстеров и фешн¬пипл, молодые специалисты умственных и креативных профессий и немного офисных сотрудников, которые от друзей услышали, что это модно. В нашем городе живет от силы сотня людей, которые плотно чем­то интересуются и регулярно посещают концептуальные мероприятия.

ШО На вечеринки KIEVBASS из Европы очень часто заежали настоящие звезды электронной музыки, практически не известные в Украине. В чем сакральный смысл такой пропагандистской деятельности?
— Скорее это деятельность «образовательная» или даже «революционная». Смысл подобной, пусть даже финансово неоправданной деятельности для меня очевиден. Нельзя перескочить пробел в истории, нельзя имплантировать культурный бэкграунд, его необходимо строить. Ну и, по¬честному, я всего лишь реализовываю свои мечты, а они очень требовательны к деталям.

ШО Когда в столице появятся новые музыкальные клубы, которые будут конкурировать друг с другом?
— Клубы — это в первую очередь бизнесы, к сожалению. Бизнесы, в большой степени зависящие от инвестиций, платежеспособности аудитории и правового инвайронмента, нежели от вкусов и амбиций владельцев. Говоря простыми словами, пока в стране будет такая беспросветная «жопа» во всем, такая же «жопа» сохранится и в клубной индустрии. ХLIБ стал первым и пока что единственным европейским клубом в Киеве. И его появление отнюдь не первая ласточка грядущих изменений, а уникальный случай и исключение. Один такой клуб катализировал небольшой культурный взрыв. Пять таких клубов, возможно, изменили бы правила игры на этом пока еще аматорском и гниловатом рынке.

Виталий Бардецкий
Совладелец клуба XLIБ.

ШО Можешь ли вспомнить киевские заведения, существующие или уже закрытые, которые можно было бы назвать культовыми?
— Не могу вспомнить. Думаю, таких нет (если только я правильно понимаю значение слова «культовый»). Мне кажется, разве что Playoffs обладал таким полулегендарным шлейфом. И то в основном за счет неповторимого сочетания бандитов, девушек и альтернативной молодежи. Плюс мы все тогда были сильно молоды.

ШО Почему, по¬твоему, киевская публика не всегда готова платить за концерты по¬настоящему интересных артистов?
— Потому что у нас бедная страна, а также отсутствует средняя прослойка, на которой в мире все держится.

ШО В среднем, сколько человек должно заплатить за билет, чтобы окупился приезд именитого артиста?
— Зависит от уровня знаменитости. Если артист знаменит в «континентальной» Европе, то это еще не факт, что он знаменит в Украине. К гонорару артиста нужно прибавить затраты (перелеты, рекламу, проживание, техническое обеспечение), разделить на несколько тысяч человек в Киеве, которые теоретически готовы платить за концерт, и таким образом получить стоимость билета. Обычно стоимость билета оказывается выше уровня материальных возможностей отдельного представителя этой «золотой тысячи». В результате организация концерта превращается в дорогостоящее хобби для промоутера.

ШО Какой направленности клуб может с постоянным успехом существовать в Киеве? Есть ли какая¬то привязанность местных жителей к определенным видам развлечений?
— На данный момент это заведение с усредненной, неинтересной, но удобоваримой музыкой, недорогим баром. Шаг влево, шаг вправо — расстрел.

ШО Каким образом клуб ХLIБ смог выжить вот уже почти пяти лет?
— Я сам удивлен этим результатом. Но еще больше меня впечатляет то, что XLIБ Club и дальше будет функционировать, еще пару лет точно.

Игорь Резниченко
Учредитель бара «Фидель» (на Грушевского).

ШО Чем, по¬твоему, был хорош «Фидель»? Сколько он просуществовал? Почему закрылся?
— Бар «Фидель» был очень демократичным местечком. Публике позволялось почти все, и она это ценила. Теснота и не обида, дымное коромысло, редкие вылазки подвальных крысят к людям и т. п. — скорее развлекали публику, чем огорчали. У нас, в один вечер, в заведении могли присутствовать яркие представители БДСМ¬культуры во всех шок­атрибутах и соколиный охотник с птицей на руке, и каждый развлекался по своему, привнося сюрреализм в уже имеющийся бедлам. Идея и воплощение были равны. «Фидель» замышлялся как «дружественный бар» и ровно через месяц, без какой­либо рекламы, получил под завязку преданных друзей.
В таком формате бар просуществовал три года. Когда мы открывались в 2008 м, я предполагал, что мы протянем не более четырех годков, так как находились в аварийном, раскупленном по кусочкам здании с неопределенной кармой. Это была чистая авантюра, подкинутая самому себе — «смогу, не смогу»… Похоже, что смог! Но вся эта мутная вода и ненасытность властных структур и смыли, так сказать, «Фидель» в коллектор истории.

ШО В чем причина того, что в Киеве тяжело выжить демократичному околомузыкальному бару или клубу?
— В нашем случае, как сказано выше, — причина кроется в чиновниках контролирующих структур. А если поглядеть шире, здесь множество запущенных причин: тяжелая официальная финансовая нагрузка, невыгодное соседство, слабоплатежная и чванливая публика, неразумная жадность музыкантов, вандализм и хроническая лень промоутеров в рекламе мероприятий.

ШО Существуют ли секреты успеха для владельцев заведений в Киеве? Чем отличается публика в этом городе от прочей?
— Киевская публика шикарна своим мещанством. Чтобы она пришла на мероприятие, ее нужно долго и всячески уговаривать. Начинать надо максимально заранее и повторять не один раз. Тогда, услышав пятый раз, Толя, может быть, позвонит Коле и спросит: «Ну, ШО? Ты пойдешь? А хто еще идет? А! Ну, тада мож и я пойду!» Пока так…
Секретная информация для владельцев заведений — это совокупный и скрупулезный анализ деталей бизнеса в угоду гостям и вечное личное присутствие. Но я бы предпочел «меньше кормить — больше доить!» Шутка.

Алексей Коган
Арт-директор агентства Jazz in Kiev.

ШО Что необходимо для открытия джазового клуба в Киеве?
— Конечно, столица европейского государства без джазового клуба — это жлобство…
Во­первых, чтобы создать джаз¬клуб, нужна инфраструктура и специально приспособленное помещение. Уж сколько я людей из Америки и Европы ни водил по нашим точкам, где играют джаз (а это были и дорогие рестораны, и рестораны средней руки, так называемые арт­клубы), все они приходили к единому мнению. «У нас джаз¬клубы строят, у вас осваивают подвалы», — говорили они.
Во­вторых, в арт­клубах музыканты уже давно не могут играть баллады, тихие композиции. Потому что люди разговаривают в зале громче, чем музыканты играют на сцене. Люди чаще приходят в клуб выпить пива, погалдеть, чем послушать джаз.
Я в Чикаго обошел 36 клубов, и в Нью¬Йорке более 50. Когда ты открываешь дверь с улицы, ты сразу слышишь, кто играет, и понимаешь, хочешь оставаться в этом месте или нет. У нас если слышно, то не видно, и наоборот. В Америке также существует контроль денег, то есть одна дверь на вход и другая — на выход. Потому что музыканты могут играть два сета. И прийти на первый концерт, взять чай, и остаться на второй, более дорогой, возможно в Киеве, но не в Штатах и не в Европе.
В¬третьих, арт­директоры наших клубов только думают, что хотят слышать у себя джаз. Но в основном у них получается только бизнес по¬советски. Они в какой­то момент понимают, что гораздо легче устроить караоке в пятницу, дискотеку какую¬нибудь. К джазовым музыкантам зачастую относятся как к людям второго сорта. Посмотрите, какой день отдается джазовому музыканту — воскресенье, самый «выбитый» день. Никто не пустит его играть в пятницу. Есть попытки, например в арт­клубе «Диван», где среди разных прочих «музык» есть джаз. Но в этом случае, как говорят артисты на сленге, «точку нужно прикормить». Или вот еще пример, по средам Jazz in Kiev делает концерты в культурном центре «Мастер Класс». Это всего лишь попытка разнообразить музыкальную жизнь Киева, но к нам приходит множество людей. Хотя на первом концерте собралось 6 зрителей.
В¬четвертых, должна быть личность, которая по¬настоящему хотела бы создать джаз¬клуб. Например, я знал основателей Jazz FM и Classic  FM в Лондоне, которые ставили вопрос так: «Сколько стоит отсутствие рекламы на радиостанциях, где может звучать классическая и джазовая музыка?» Люди хотят в любое время суток хотят слушать то, что им нравится, и они готовы за это платить.
Я бы хотел попасть в команду, которая откроет первый джазовый клуб в Киеве. Первая попытка его организовать состоялась в 60 х, называлась она «Джаз­клуб «Мрія». В 1986 году возле станции метро Лыбедская ненадолго открылся «Джаз­клуб», это была вторая попытка, которая активно приблизилась к схеме настоящего клуба. Что такое клуб? Днем заведение может работать как обычная точка общественного питания, но каждый вечер там звучит музыка. Когда приезжают гости, билеты стоят дороже. В клубе есть несколько составов так называемых «резидентов». В клубе есть возможность записать выступление, предложить слушателю диски музыкантов, дать музыканту и слушателю пообщаться. Существует много клубов, которые зарабатывают в выходные дни, приглашая именитых музыкантов, и в остальные дни остаются площадками, где пробует свои силы молодежь.

ШО В чем отличие киевской публики от европейской?
— Есть одно отличие. Jazz in Kiev давно ведет борьбу с таким неолимпийским видом спорта, как «поход на концерт на шару». И мы противники так называемого «искусственного аншлага», когда в зале много пустых мест, а перед началом запускаются люди бесплатно.

ШО Сколько сейчас в городе существует площадок, где могут выступать джазовые музыканты?
— Пять—шесть, с большой натяжкой.

ШО Какое из тех мест, где звучал джаз в Киеве, можно назвать культовым?
— «44», безусловно, благодаря Эрику Айгнеру. До 2006 года. Вообще Эрик сделал революцию. Немец, живущий в Украине, сделал для страны больше, чем многие, декларирующие свой патриотизм. Он давал сцену молодым музыкантам и находил деньги на выпуск дисков. Хотя сцена напротив барной стойки — это нонсенс. Но все равно место стало культовым. И были моменты, когда я, как ведущий концерта, не мог выйти на сцену, меня на руках переносили, по головам. У людей была возможность смотреть в глаза музыкантов, что им ужасно нравится. Ну а потом случилась обычная история — центр города, бойкое место… Я помню, когда началась трансформация и как однажды австрийские музыканты на сцене перестали играть из¬за шума в зале. Люди превратили это место в точку для того, чтобы встретиться в центре города, где уютно и тепло.
Однажды Эл Ди Меола играл в клубе Игоря Бутмана, в Москве. Программа была посвящена Астору Пьяццолле. Музыкант играет трагическую, красивую, тихую музыку, а в зале находятся две большие веселые компании, и официанты мимо сцены носят пустые тарелки. Эл Ди Меола написал об этом. Многие клубы, в том числе в Лондоне Ronnie Scott, берлинский Quazimodo, тот самый Blue Note в Нью¬Йорке, заканчивают подачу блюд за 40 минут до начала концерта. Хотя на старых записях, сделанных в клубах, можно услышать, как бокалы звенят, вилки падают.
Я никогда не забуду клуб Hot Tomato в Хельсинки, уже почивший в бозе. Вот где был фантастический звук! Тогда, по договоренности с музыкантами, чтобы они «подняли» еще немного денег, клуб продавал аудиокассеты с записью вчерашнего гостя. Некоторые музыканты не позволяли это делать. Но люди приходили и спрашивали: «Есть вчерашний концерт?» Там когда­то выступал Энвер Измайлов, и я был свидетелем такой ситуации. Вот это был клуб для меня. На втором этаже клуба находился зал побольше, в нишах которого были установлены телекамеры. Оказывается, когда приезжал хороший артист и людей было больше обычного, концерт переносили этажом выше, а владельцы звонили на местный аналог канала «Культура» и говорили: «Врубайте, у нас концерт начинается». И вживую шла трансляция. На сцене всегда находился драм¬сет, и никто не боялся, что кто­то может украсть, например, микрофон.
В Киеве, у того же Эрика, была попытка сделать джаз¬клуб. Он располагался прямо за автовокзалом. Мы ему придумали название «А7». Зал фантастический, 107 посадочных мест, длинная барная стойка, возможности для любых концертов. Там стоял хороший рояль, но не хотели люди туда ехать, потому что тяжело было добраться без машины. Вот чего еще нет и никогда не будет в наших клубах, так это хороших акустических инструментов. Я знаю многих музыкантов, которые никогда и ни за что не будут играть на заменителях. «Нема газу, нема джазу» — как говорят поляки.
читать далее

записал Вадим Куликов

рейтинг:
5
Средняя: 5 (7 votes)
(7)
Количество просмотров: 21171 перепост!

комментариев: 0

Введите код с картинки
Image CAPTCHA

реклама




наши проекты

наши партнеры














теги

Купить сейчас

qrcode