шо нового

Звуки города: Бруклин
14:53/01.12.2008

Сначала весь номер журнала планировали посвятить рубрике «Звуки города», потому что писать предполагалось про Нью-Йорк. Но в итоге одумались, и было решено ограничиться одним районом этого города. Выбрали Бруклин. Во-первых, там действительно валом интересных современных групп. Во-вторых, в этом районе у нас живут родственники. На русский язык название заголовка, которое мы позаимствовали из песни группы Beastie Boys, можно перевести примерно так: «окажешься в Бруклине — лучше на глаза парням с района не попадайся». Родственники говорят, это вранье. Говорят, и регулярно посещают концерты бруклинских модников. Потом звонят и пересказывают, как все было. А мы слушаем и записываем. Трам-пам-пам.

Metro Area

Пару месяцев назад бруклинский дуэт Metro Area записал микс из серии Fabric. Один из участников проекта и шеф лейбла Environ Морган Гейст сказал по этому поводу, что, наверное, наконец-то Metro Area стали модными. Проект существует уже десять лет. Еще до его появления участники Metro Area Морган Гейст и Даршан Жесрани играли совместные сеты в нью-йоркских клубах, а Гейст еще и управлял делами только открывшегося Environ Records. Диджеи сошлись на любви к ретро-диско музыке. Преимущественно — итальянской. У Моргана Гейста даже есть четкое понимание того, какую музыку стоит называть настоящим итало-диско, а какую — коммерческим ширпотребом. Музыкант говорит, что примерно года с 82 го итальянские продюсеры рванули зарабатывать деньги и поставили итало-диско на поток, вследствие чего оно превратилось в какую-то дрянь тире торговую марку фестиваля Сан-Ремо. Но до этого момента в Италии успело появиться некоторое количество отличных треков. За ними Гейст и охотится: чтобы было что ставить на вечеринках, а наиболее интересные раритеты — переиздавать на своем лейбле. Так, например, случилось с хитами итальянских групп Gaz Nevada и Purple Flash. Морган добрался даже до коллектива Zodiac — трек прибалтов «Pacific» пару лет назад вышел на лейбле Гейста. Музыкант признается, что сейчас слушателей уже не удивишь даже такими находками. Всему виной Интернет. «Когда я наткнулся на этих Zodiac, то считал, что откопал чуть ли не динозавра, — рассказывает Морган. — Но, как выяснилось, даже здесь, в Америке, многие люди знают об этой группе…»
У основного проекта Гейста, Metro Area, единственный альбом вышел еще шесть лет назад. Морган и Даршан действуют по следующему принципу: время от времени выпускают синглы, а когда их набирается на пластинку — издают отдельным диском. Музыка проекта — это минималистичный диско-фанк: ритм машинка, басовый синтезатор и переходящая из трека в трек с небольшими изменениями мелодия, наигранная одним пальцем на синтезаторе. На нескольких композициях дебютного альбома Metro Area появлялись партии скрипки. Их сыграл Кели Полар — главная поп-звезда лейбла Environ.
Морган признается, что его мало интересует современная танцевальная музыка, поэтому пластинки он предпочитает покупать на блошиных рынках, а еще лучше — на дворовых распродажах (это когда владелец дома вываливает на своей лужайке всякий ненужный хлам, который просто так выбросить не поднимается рука). От популярности Metro Area скрываются всеми силами. Морган говорит, что была бы его воля, он бы даже название проекта не ставил на конверты пластинок, а о том, чтобы оформлять их фотографиями своих физиономий, Гейст и Жесрани даже думать не хотят.
Среди всего многообразия диско музыка, предпочитаемая Metro Area, — самая эстетская.

High Places

Бруклинский дуэт High Places дает концерты даже на Аляске. После того как о группе написали во всех блогах, да вдобавок назвали их одними из «апологетов псевдофолка» — с гастролями у High Places все будет в порядке как минимум на пару лет вперед.
High Places придумали Роб Барбер и Мари Пирсон. Роб в проекте отвечает за музыку, Мари — за вокал. У коллектива вышла пара альбомов, причем оба в этом году. Музыканты говорят, что это никакая не спешка, а просто альбом — самый интересный для них формат, и даже когда они выпускают виниловые синглы, все равно представляют их мини-альбомами. Собственно, дебютная пластинка High Places «03 / 07 09 / 07» состояла из тех песен, которые проект издавал раньше в виде mp3-файлов или семидюймовых пластинок. Дебютом, кстати, Барбер не особенно доволен, потому что диск, по его мнению, слушается вразнобой, никакой целостностью на нем и не пахнет. «Мне теперь кажется, — признается музыкант, — что феномен «хитового сингла» таки действительно существует и им не стоит пренебрегать».
Музыка High Places — очень хрупкая, аккуратная и запредельно меланхоличная. К мелодиям в треках прилагаются миллионы микропартий перкуссии, какие-то щелчки, шорохи и хрусты, звучит все многослойно и интересно, но после прослушивания пластинки вспомнить хоть одну песню получится вряд ли. Кажется, что Роб и Мари собирают музыку из симпатичных кусков звуков и мелодий, но жизни в ней не больше, чем в разноцветном кафеле на стене ванной. Барбер рассказывает, что в детстве посещал музыкальную школу, но в конце концов сбежал из нее играть в дворовых группах. Сбежал, потому что студенты музыкальной школы и ее преподаватели слушали музыку, как математики, общение происходило в духе: «Да, вот тут ты отлично взял баре, а дальше неплохо справился с ритмом 7 / 8». Теперь Роб считает, что будущее прогрессивной музыки за смесью классики и попсы. По версии дуэта High Places, эта граница проходит где-то в районе декоративной электроники и мелодических ходов, перенятых у фолк музыкантов. Такой примитивизм у дуэта, кажется, присутствует во всем. High Places даже организовались банально. Как-то раз Мари приехала в Нью-Йорк, у них с Робом оказались общие друзья, затем девушка умчала в свой родной Мичиган, парочка стала переписываться имейлами и в итоге допереписывалась до первой песни. Теперь High Places — свежая кровь экспериментального чикагского лейбла Thrill Jockey, а на нем, например, выпускают пластинки построкеры Tortoise и инди-романтики The Sea And the Cake.

Chairlift

Немного синти-80 х, фолк, Cocteau Twins, приставка «арт», «поп-рок группы 90 х с женским вокалом» — примерно в таких выражениях принято описывать музыку группы Chairlift. А еще — перечислять ее идейных коллег по району типа Yeasayer, MGMT и Apache Beat. Chairlift отлично вписались в бруклинскую арт музыкальную тусовку, переехав в Нью-Йорк из штата Колорадо. Говорят, в Нью-Йорке куда больше шансов пробиться, в этом городе всегда все бурлит и пенится, есть с кем обмениваться идеями, а среда для творческого человека — еще как важна.
В составе Chairlift трое участников, причем все — мультиинструменталисты. Например, вокалистка Кэролайн Полачек играет на синтезаторе и тамбурине, а остальные участники, Аарон Пфеннинг и Патрик Уимберли, на двоих отвечают за барабаны, электронику и гитары. В конце сентября у Chairlift вышел дебютный альбом. На пластинке «Does You Inspire You» — гитары и синтезаторы звучат так, как они звучали у поп-групп 25-летней давности, несколько песен похожи на хиты Кейт Буш, есть один почти диско-номер, а Полачек поет с такими интонациями, с какими мог бы петь гибрид Долорес О’Риор¬дан — вокалистки Cranberries —
 и Каши Сальцовой. Еще так могли бы звучать Velvet Underground с Нико, если бы появились лет на 20 позже и любили бы диско.
Музыканты признаются, что в душе они — эскаписты, и это желание сбежать от реальности проявляется во всем: музыка Chairlift интимная и лирическая, тексты — романтические и похожи на зарифмованные мечты. Даже динамичные треки группы звучат как песни для вечеринки аутистов: вроде бы веселые, прыгать под них можно, но присутствует ощущение, что нужно убраться и не мешать певице петь, а музыкантам играть. Музыку Chairlift Кэролайн характеризует как неосознанное объединение сна и медитации. А Патрик Уимберли говорит, будто, сочиняя песни, представляет пространство, из которого можно наблюдать за космосом снаружи (что бы это ни значило).
Одну из песен дебютного альбома группы, «Bruises», купил для рекламы iPod Nano, а Chairlift уже съездили в несколько туров с парой бруклинских коллективов. Хотя музыканты объясняют, что никакой «новой бруклинской сцены» не существует. «Просто в Бруклине сразу появилось много хороших интересных групп, — говорит Аарон Пфеннинг. — Мы знаем друг друга, периодически встречаемся, играем на совместных концертах, но только не нужно считать, что мы тут все сидим и думаем: «Вот, мы — бруклинская сцена, мы крутые, и о нас все только и говорят…»

Brooklyn Funk Essentials

Brooklyn Funk Essentials стандартной музыкальной группой можно назвать с натяжкой. В том смысле, что в ее составе дюжина участников, и нередко во время каких-то особенно больших концертов бруклинцы приглашают к себе еще и сессионных музыкантов, так что коллектив окончательно разрастается до размеров среднего балагана. BFE в середине 90 х организовал Артур Бейкер, продюсер, который известен, в основном, своими хип хоп-делами. Например, Бейкер сотрудничал с Африкой Бамбаатаа и помог ему сочинить один из главных электро хип хоп хитов 80 х, песню «Planet Rock». А манчестерцы New Order, съездив на гастроли в США, попросили Бейкера помочь им написать брейк-данс-боевик. В итоге Бейкер сделал им песню «Confusion».
Идея Brooklyn Funk Essentials была следующей — собрать под этим именем толковых фанк, хип хоп, джаз-персонажей, уличных поэтов, диджеев, и так далее, и организовать некоторое подобие творческого объединения. В составе BFE — серьезная духовая секция, несколько клавишников, гитаристы, певцы, скретчеры и артисты оригинального жанра, которые занимаются урбан-поэзией (то есть слэмят на тему «что вижу — о том и складываю строчки»). С таким арсеналом Brooklyn Funk Essentials чувствуют себя комфортно на любых концертных площадках — от свадеб до крупных фестивалей. Это, в некотором роде, нью-йоркская группа «Ленинград» — музыка у них яростная и бесстрашная, только выросла она не на кабацком рок-н-ролле, а на пластинках лейбла Motown, а необходимый состав музыкантов разбавляется странными колоритными персонажами, весь концерт скучающими на сцене только для того, чтобы в пятой и восьмой песне три раза ударить в бубен.
У Brooklyn Funk Essentials вышло четыре альбома. На запись дебютной пластинки «Cool and Steady and Easy» бруклинцы смогли затащить даже выдающихся артистов Тони Аллена с Диззи Гилеспи, сам альбом попал в кучу топов с хит-парадами, песни с него разобрали рекламщики, а BFE стали звездами. После этого музыканты не один раз объездили планету с гастролями, включая концертные туры со звездами фанка типа Джорджа Клинтона и Джеймса Брауна, и продолжали сходить с ума во время студийных записей. Например, второй альбом BFE сочиняли вместе с турецко-румынским фолк-проектом Laco Tayfa, из-за чего попали в хедлайнеры одного народного фестиваля, проходившиго в Стамбуле.
В 2001 году группа на некоторое время заспалась, и ее участники занялись сольными проектами. Впрочем, в прошлом году Brooklyn Funk Essentials собрались снова и выпустили очередной альбом. На нем — электроника, смешанная с джазом, фанком и регги, и один номер, который пойдет на ура на любой бар мицве мира. Хотя вживую они по-прежнему звучат как балаган уличных музыкантов, закончивших с отличием консерватории.

Apes & Androids

«Сначала были динозавры, но они выросли слишком огромными и потому погибли. Потом пришли арабы, и они все были на «Мерседесах». Но еще — всегда были обезьяны, воплощение идеальной мужской сексуальности. И андроиды — идеальное воплощение женской. Когда мы пишем нашу музыку, нас полностью захватывают мотивы и мелодии. В этом есть что-то животное. Я хочу сказать: мы — настоящие ЗВЕРИ!» Примерно так участники Apes & Androids объясняют возникновение названия группы и то, каким образом они сочиняют музыку. Проект возник несколько лет назад. Организовали его бывшие одноклассники Дэвид Тобиас и Брайан Якобс. До этого проекта они играли на гитарах в различных колледж-рок-коллективах. К тому моменту, когда это занудство Дэвиду и Брайану окончательно осточертело, музыканты обратили внимание на электронику. Эта музыка им показалась свежей и бурно развивающейся, так что вопрос, чем дальше заниматься в жизни, отпал сам собой.
Дебютный альбом Apes & Androids «Blood Moon» тянет на звание лучшей пластинки этого года. К электронике музыканты прикрутили электрогитары и заодно вспомнили всех своих кумиров. В результате опусы бруклинцев звучат как набор хорошей музыки — от Принса до Radiohead. При этом одной музыкой дело не ограничивается. Нью-йоркский коллектив уверен, что будущее групп — за визуальной частью шоу, поэтому на их концертах в первых рядах пляшут чирлидерши и монстры, сделанные из простыней, на заднике сцены висят светящиеся головы чудовищ, а сами музыканты выглядят как клоны Дэвида Боуи в лучшие его годы. Еще Apes & Androids называют роботизированной версией группы Queen. Похоже, и на самом деле — на каждый электронный бит у коллектива приходится по пафосной партии синтезатора, вокал часто срывается на эпатажный визг, а фанк, исполняемый на гитарах, превращается в стену струнного нойза.
Apes & Androids, как и большая часть современных инди-групп, прославились благодаря блоггерам. Просто в какой-то момент множество пользователей Интернета написали о бруклинцах на своих страничках и оформили восторженные отзывы фотографиями с лайвов. Музыканты, впрочем, к блог-сообществу относятся с иронией. Блоги называют би-сайтами полноценных интернет-ресурсов, подобно тому как песни, выпускаемые вдогонку альбому, принято называть би-сайдами.
Дэвид и Тобиас признаются, что выпустить альбом для современного музыканта — это почти не сделать ничего. «Нужно давать максимальное количество концертов, — говорят Apes & Androids, — чтобы о тебе узнали как можно боль-
ше людей. Они напишут об увиден-¬
ном в Интернете и во всех этих музыкальных журналах, и в конце концов снежный ком дорастет до таких размеров, что о вашей группе будут в курсе в любой вменяемой стране мира». Пока, впрочем, у Дэвида и Брайана планы куда скромнее — пробиться в Европу или хотя бы дать пару концертов в Лос-Анджелесе. А еще — наконец-то создать группу мечту: Эстебан, Buckethead, тот парень, который спел «Born in USA», и шведский трэш-гитарист Ингви Мальмстин.

TV on the Radio

После того как TV on the Radio выпустили второй альбом («Desperate Youth, Blood Thirsty Babes»), Дэвид Боуи сказал, что бруклинцы — первая нормальная рок-группа из тех, что появились в последние лет двадцать. Боуи, кстати, впоследствии спел в одной из песен TV on the Radio. Как и Казу Макино из Blondie Readhead, хотя участники TVOTR не раз признавались, что таскать к себе на песни звезд для поднятия авторитета — не их метод. Группа образовалась семь лет назад. Придумали ее актер и режиссер Тунде Адэбимпе и художник Дэвид Ситек. Первая пластинка коллектива, которую музыканты рассылали в качестве демо, называлась «Ok Calculator» (по аналогии с «радиохедовским» «Ok Computer»). На ней было все подряд — от хип хоп-скретчей до гитарных запилов экспериментального рок-н-ролла. Вообще TV on the Radio не привязываются к каким-либо стилям и направлениям. Они, по сути, создают новую музыку, пользуясь наработками музыкантов последнего тридцатилетия. Им ничего не стоит скрестить фанк с авангардом, панковый угар с занудством построка и какими-то очень классическими партиями скрипок, а на лайвы приглашать афробит-оркестр. TV on the Radio, несомненно, — одна из самых важных современных групп. Благодаря таким коллективам музыка не застаивается на месте, а эволюционирует. Дэвид Ситек говорит, что TV on the Radio никогда не старались заигрывать с маргиналами и писать музыку «инди», как, впрочем, и работать в каком-либо другом конкретном жанре — на ярлыки и формат им глубоко плевать. В том, что такую группу в конце концов подписал мейджор Interscope, участники коллектива не видят ничего предосудительного. «Мы вообще-то пишем музыку для людей и не хотим стать еще одной мистической гениальной группой для дюжины меломанов маньяков, — говорит Дэвид Ситек. — Хотя в сотрудничестве с мейджорами есть одна проблема. Знаете, все эти списки глянцевых журналов в духе «Очередные 66 групп, от которых все должны быть без ума в этом сезоне»? Мы с парнями все ожидаем, когда же наконец появятся наши клоны и о нас напишут, что мы вышли в тираж…»
TV on the Radio сделали несколько ремиксов, в том числе Бэку, Nine Inch Nails и Ли «Скретч» Пэрри, а Дэвид Ситек стал еще и востребованным продюсером. Ставить звук на альбомах его приглашали, например, панки Yeah Yeah Yeahs и актриса Скарлетт Йохансон, решившая перепеть песни Тома Уэйтса в манере группы My Bloody Valentine. Кроме этого, журнал New Musical Express включил Дэвида Ситека в список 50 людей, которые двигают музыку вперед, да и вообще музыкальные издания каждый альбом TV on the Radio объявляют «лучшей пластинкой года». На все эти всплески хайпа бруклинцы смотрят снисходительно. «Понимаете, это как с меню в ресторане. Ты смотришь на блюда, выбираешь какие-то из них и соглашаешься с ценой, — объясняет Дэвид Ситек. — В том смысле, что мы готовы потерять какие-то финансы, если решим, что нам хочется сочинять музыку, мало интересующую всех вокруг…»

Текст: Влад Азаров

рейтинг:
5
Средняя: 5 (1 голос)
(1)
Количество просмотров: 51291 перепост!

комментариев: 0

Введите код с картинки
Image CAPTCHA

реклама



наши проекты

наши партнеры














теги

Купить сейчас

qrcode