шо нового

Радикальный «Библиотекарь»
14:53/01.03.2008

Писатель Михаил Елизаров рассказывает о цензуре, порнографии и литературе, называет Европу «стыдящимся многовековым паразитом», а Украину — «саркофагом ядерных отходов».

Харьков ушел под воду

ШО Разрушение и гибель Советского Союза ты только сейчас начал воспринимать как трагедию. До «Библиотекаря» эта тема так остро не звучала в твоем творчестве…
— Я не думаю, что мой роман — это некое осмысление геополитической трагедии. На такой масштаб я не замахивался. Просто мне захотелось написать о человеке, в чем-то похожем на меня: он вроде как из дома вышел в булочную, купить половинку серого и батон, в кулаке зажал мятый желтый рубль, шел, ни о чем не подозревал, а незыблемая реальность вдруг оказалась переливным календариком, кто-то взял и накренил эту плоскость, все вдруг налилось мудацким жовто-блакитным колером, и в этой новой реальности и рубль уже не деньги, и в булочной стоматологический праксис, и даже дома нет, из которого вышел. Стоит такой человек посреди этой незалежности и думает: «Хуясе, сходил за хлебушком», — и типа тоскует о прошлом.

ШО Ты нигде не чувствуешь себя «своим»?
— Я не могу сказать, что я везде чужой, и я не уверен, что есть географическое место, где я на сто процентов свой. В любом случае, в Москве мне лучше, чем в Берлине. А Харьков действительно ушел под воду, как Атлантида, я приезжаю домой и словно погружаюсь на океанское дно; вроде улицы те, но только по ним плавают рыбы, усатые, как Шевченко, и изо ртов вылетают пузыри.
В Берлине я не могу быть своим, потому что изначально чужая страна и культура, а Россия — это уже не мифический Советский Союз из детства, это новая жесткая страна, где хоть и говорят на русском, но живут по волчьим капиталистическим законам.
В общем, выбили социалистическую Родину из-под ног, как табуретку, уже сколько лет дергаюсь в конвульсиях.

Лучше достоверное порево…

ШО Твой «Pasternak» и роман «Библиотекарь» раскрывают общую тему — воздействия Книги на общество, — но абсолютно по-разному. В первом романе ты исследуешь вторжение мистического зла, связанного с произведением «Доктор Живаго» Б. Пастернака, во втором, наоборот — речь идет об экспансии добра, по твоей версии — позитивной советской мифологии, обусловленной влиянием творчества вымышленного писателя Д. Громова. Таков был замысел — показать две стороны одной медали?
— Я ничего не замышляю, пишу, что получается, тексты растут сами по себе, но поскольку я автор обоих текстов, вполне вероятно, что между ними есть что-то общее. А книги — как объекты — я с детства уважаю.

ШО Надо признать, что «Библиотекарь» — совершенно приемлемая для всех категорий читателей книга, тогда как аудитория романа «Pasternak» сильно ограничивается из-за обилия ненормативной лексики.
— В «Pasternakе» мат был оправдан и необходим, герои использовали эту лексику, и я не мог в угоду абстрактной куртуазности ограничить и обеднить речь своих героев. Для меня «Pasternak» не менее легальный текст, чем «Библиотекарь», но даже если мне скажут, что «Pasternak» не войдет в курс школьной программы, я не расстроюсь, я на это не рассчитывал.

ШО Ты говорил, что в современном кинематографе наблюдается легализация порнографии, когда она становится элементом фильмов для массовой аудитории. Примером тому является экранизация романа Вирджинии Депант «Трахни меня». Как ты расцениваешь данное явление?
— Это скорее исключение, чем правило, таких фильмов не много: «Калигула», Романс Х». Для меня порно — вполне легитимный элемент режиссерского инструментария, и если это помогает раскрыть авторские идеи, пусть лучше будет достоверное жесткое порево, чем дурно снятая вялая софт-эротическая сцена. Литература уже достаточно раскрепощена, так почему бы этого не делать и в кино.

Искусство научилось выкручиваться

ШО Не чувствуешь ли ты личную ответственность за упадок отечественной культуры, литературы, искусства. Если — да, то как можно бороться с общественной деградацией?
— Я-то как раз не чувствую упадка, наоборот, расцвет, полно замечательных действующих писателей: Сорокин, Пелевин, Лимонов, Мамлеев, Проханов, Козлов, Прилепин, Спектр, Масодов. Ну, или либеральный корабль — Шишкин, Улицкая, Кабаков, Рубина, Толстая и т. д.

ШО Насколько литературе необходима цензура и кто ею должен заниматься? От какой литературы следовало бы ограждать сознание нынешней молодежи?
— Я лично принимаю только авторскую самоцензуру, иной быть не должно, цензура государственная — это тупая громоздкая машина, но на появление талантливых книг она не влияет. Искусство за тысячи лет научилось выкручиваться из любых ситуаций.

ШО Новый сборник рассказов, который ты сейчас пишешь, будет тематическим продолжением «Библиотекаря»?
— Нет, тема Библиотекаря отработана, и с концепцией нового сборника я не определился, пока просто пишу, что получается.

Буду осмотрительней

ШО Ты три года прожил в Германии, много путешествовал по Европе и миру. Каковы твои впечатления?
— Добротный, комфортный, сытый, в меру скучный мир, попавший в капкан демократических ценностей и политкорректности, такой стыдящийся многовековой паразит, по-прежнему тянущий соки из Азии, Африки, капризно жаждущий бесплатно присосаться к России. В сущности, ничего не изменилось за последние триста лет. В данное время паразит переживает большие внутренние проблемы. Насосанная чужая кровь начинает бродить, антитела арабского, турецкого происхождения, вырываясь из гетто, жгут машины, крушат витрины. Буржуа переживают и боятся, но сделать ничего не могут. Политкорректность. Они рот открывают, а вместо нормального, типа «Франция для французов», с отрыжкой вырывается: «Слава геям!» «Харе Кришна!» или «Косово должно быть независимым». Так им и надо.

ШО Какова роль Украины в современном историческом контексте?
— Саркофаг ядерных отходов, вместилище вредных производств, лагерь для европейских нелегалов, территория размещения американских ПРО, место секс-туризма, инкубатор дешевой рабочей силы и пушечного мяса для будущих войн НАТО на востоке, разменная пешка в политических войнах с Россией. Короче, жалкая роль.

ШО Живя в столице России, ты познакомился со многими писателями как патриотического крыла, так и либерального. Как ты оцениваешь идеологическую борьбу этих течений?
— Был такой случай: звонит мне девушка, договаривается об интервью; пожалуйста, я еду в студию, час что-то рассказываю, прощаюсь, ухожу. А потом выясняется, что довелось мне побывать «В гостях у Рыкова», интернетовский канал Раша ру, это мне потом старшие товарищи с горечью объяснили; я ведь в Москве всего три месяца, мне что Рыков, что Раков — пустой звук, а это интернетовский магнат, раскрутивший роман главного гастарбайтера Багирова, верный путинец и единорос. Короче, мои товарищи на меня обиделись, что я заявился в логово к идеологическим врагам. А я-то не знал, что они враги! И девушка, что пригласила, ее Ульяной звали, тоже была очень и очень милая. Они, конечно, мое интервью так нарезали, что я получился какой-то мудаковатый Якименко. Да что теперь поделаешь, меня же, в конце концов, не переозвучивали, да и дело не в сказанных словах, а в месте, где они были произнесены. Ну ладно, вписался, сам того не желая, за Единую Россию, ну и Бог с ним, не за Союз же Правых сил. Теперь буду осмотрительней.

беседовал Александр МУХАРЕВ
специально для журнала «ШО»
фото Елены Важениной

рейтинг:
0
Голосов пока нет
(0)
Количество просмотров: 12480 перепост!

комментариев: 0

Введите код с картинки
Image CAPTCHA

реклама



наши проекты

наши партнеры














теги

Купить сейчас

qrcode