шо нового

Очевидная убогость времени
 
15:10/21.06.2015

Ника Джорджанели (Тбилиси)


Очевидная убогость времени

* * *

Ты уже не в силах обманываться — значит, стареешь.
И опыт здесь ни при чём.
Просто постепенно
протирается грань между тобой и реальностью,
чьё непосредственное воздействие
сильнее с каждым разом.
Раньше ты вроде и замечал
то плохое, что уже тогда давало о себе знать,
но не допускал, исключал,
восклицая про себя:
Нет, невозможно! Быть такого не может!
Но чем больше времени проходит, тем яснее ты осознаёшь,
что всё, оказывается, именно так,
как было ещё тогда. 

Когда жара, а ты пишешь

Жара — не лучшее время
для того, чтобы писать.
По существу — это то же самое,
что, нагрузившись уймой багажа и согнувшись пополам,
удерживать в зубах ещё одну, довольно тяжёлую, сумку.

Но что поделаешь,
если в этой сумке фляги с водой,
по дороге воды нигде не будет,
дорога длинная,
а уйти — так же необходимо, как бежать…

Пиши!
пока жизнь
не проговорит про себя с наигранной ухмылкой:
«Гляньте-ка на него».
Пиши до помрачения разума! До отупения!
Пиши, пока не почувствуешь,
что мысли слиплись
серым веществом.
Пока буквы не покажутся
ползущими по бумаге червями.
Пока согнутые вопросительные знаки
не выпрямятся как восклицательные.
Пока не обнаружишь,
что у тебя написано не чёрным по белому,
а белым по чёрному.

Пиши, пока написанное не начнёт трястись вовсю,
как механический будильник.

Перевела с грузинского Анна Григ

Вой

Описать Ты мне небо позволь. Без Тебя мне и рта
не открыть тут, под небом, которое скрыли ветра.
Небо тоже материя: звезды, Младенец в хлеву...
Расширенье оно моих глаз. Мир — как сон наяву.
Описать Ты мне небо позволь. Дух мольбою поет.
И не важно, какое. Любое, по сути, Твое.
И грохочет оно, и шатрами стоит на домах
сумасшедших, и кажется рогу нетвердым, как прах.
Сочиняя и тем побуждая смотреть в него, пью
больше воду, чем вина, поскольку в окрестном краю
даже ерик — и тот водянист, протекает с трудом
и с бесплодия зябкой рекой сообщается дном.
Описать Ты мне небо позволь. И не важно, когда
или где. Я всегда наготове. Все силы отдам.
Небо тоже материя. Гладь его ясно видна.
С незабвенным, бессмертного кожей сравнима она.
Там есть всё. На земле же — извечно дымящийся сноп,
запустенья плетень вдоль бурьяном захваченных троп,
минералов скопленье и стоны немого ума,
недоступности знак и бессилья глухая тюрьма.
Только в небе есть всё, и лишь там светит радости лик.
Из небесных глубин дай услышать мне звонкий «чирик»
яркой птички земной, перебили которую здесь,
умертвив ее камнем. Я б счастья исполнился весь.
На морозе сидящие, лютом, куда тут глядят
пучеглазые совы? На ветках застывший наряд.
Открываются с гулом пещеры, как будто гробы.
Где-то там, далеко поворот волчье-серой тропы.
Где-то там бытию предназначено нрав свой менять —
и ни дерева больше, ни пня, ни ручья, ни меня.
А ведь я получился, пусть нёсся за сплетнями вслед.
Ты, немыслимый рядом, пошли мне хоть издали свет.
Ты есть всё. Я — ничто. Только Ты. И весь мир только Твой.
Получился я вмиг. И ропщу, недовольный собой.
Непризнательно лаю и дергаюсь. Да, я возник.
Но себя обессмертить мне нечем. Я в целом безлик.
Получился. И кружится сонм моих дней и минут.
Но есть чувство одно: без меня здесь всегда проживут.
Но молчанье огню поклонилось и вылилось в вой.
Описать Ты мне небо позволь.

Перевела с грузинского Марина Ламар

Время

Время — дешевая штука.
Все, кто знает — их власть ограничена,
норовят заковать вас в оковы.
И время здесь не только не исключенье из всех —
оно само задает тон и ведет.
Ни один властитель не закует вас в оковы лучшие, чем часы.
А теперь представьте себе микроскопичность владык,
если даже время — подобье мыльного пузыря.

Время — штука дешевая.
Печальнейший звук на свете — тикание часов, товарищи,
траурнейшее же из шествий — их ход.
Часы — эти хранилища суеты —
висят у нас на запястьях и стенах.
Часы смотрят на нас из витрин и аккумулируют трагедии.
Время пляшет в наших часах,
как сухотелый старик на безлюдной дискотеке.

Самые ненадежные ожерелья —
связки секунд, минут, дней, лет.
Повесьте на себя, кто может, бриллианты, жемчужины,
кто нет — нанижите монеты, дробленые кости и увесьте себя ими,
только не полагайтесь на бусы времени —
их разрыв неизбежней всего.
Не платите дорого, не платите лишнего
за присутствие на этом унылом и дрянном шоу, именуемом временем!

Время — дешевая штука.
Ибо даже если мы никуда не опоздаем,
все равно обнаружим под конец, что никуда не успели.
А это открытие, в отличие от времени, чего-то да стоит.
Мы успеваем лишь одно,
мы лишь одно делаем, так сказать, своевременно: умираем.
Хотя и с этим кое для кого, возможно, запаздываем.

Время — дешевая штука.
Именно поэтому так сильно захватывает нас беседа о вечности.
А в один прекрасный день нам все же покажется,
что мы промотали все наше время и уже слишком поздно.
Все флейты сыграли об этом.
Мы попадаем под влияние этих дум,
как слоны попадают в ямы.
Как жаль!

Порой убогость времени настолько очевидна,
что его дополняют.
Это происходит при различных состязаниях, таких же дешевых, как время,
когда в дело включаются чьи-то меркантильные интересы.
Вот вся суть дополнительного времени.
Никакое дополнительное время не восполнит
недостатка времени основного.

Идущие торопливо по улице,
куда вы торопитесь? Умерьте шаг!
Шагайте спокойно, привычно,
и вы избежите вызванной спешкой одышки,
снизится вероятность того, что вы упадете,
и к тому же вы станете более притягательными друг для друга.
Тому, кто успел, ничего не дастся больше
чем тому, кто опоздал.

Зима без снега

Всадники без головы спешиваются
и перемещаются пехом.

В стакане замерзает чай.

На стене лопаются часы,
и из омерзительного разрыва
течет, словно слизь,
вязкая серая субстанция.

Зайди в церковь
и согрей вместе с душою и тело.

Город — словно холодильник,
который протекает.

Перевела с грузинского Майя Бирюкова

Об авторе: Ника Джорджанели родился в 1978 году в Тбилиси. Окончил факультет западноевропейских языков и литературы Тбилисского государственного университета. Затем окончил аспирантуру по романо-германской филологии, преподавал немецкий язык и литературу в немецкой школе. Преподавал грузинский язык в Московском государственном лингвистическом университете. Автор книг стихов «Раздражение от бархата» (2003), «Дыхание при удушьи» (2008), «Песни для лопнувших струн» (2010), «Мексиканский тупик» (2014). Лауреат международной литературной премии «Содружество дебютов» (2008).

читать далее

рейтинг:
0
 
(0)
Количество просмотров: 3959 перепост!

комментариев: 0

Введите код с картинки
Image CAPTCHA

реклама




наши проекты

наши партнеры














теги

Купить сейчас

qrcode